Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Никогда не доверяй пирату


Название: Никогда не доверяй пирату
Фендом: Пираты Карибского моря - 2
Автор: Jen
Перевод: Серая тварь
Email переводчика: greycreature@yandex.ru
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Дейви Джонс/Уилл Тернер
Предупреждения: даркфик, нон-кон (изнасилование)
Содержание: см. пейринг
Дисклеймер: персонажи не мои и являются собственностью Мауса. Я только играю.
Примечание переводчика: мне очень стыдно, но фик с этим пейрингом обязан был появиться в русскоязычном фандоме

[ Все фанфики этого автора ]



Отвратительное создание, некогда бывшее человеческим существом, задумчиво взирало на стоявшего перед ним на коленях юношу. Парень был перепуган, это было заметно с первого взгляда. Низко опущенная голова, дрожащие плечи, точно так же, как у стоявших рядом с ним злополучных матросов на разрушенной палубе разбившегося в очень нехорошем месте корабля. И пока Дейви Джонс внимательно рассматривал юношу, тот медленно поднял голову. Взгляд темно-карих, почти черных, глаз, цвета превосходнейшего ямайского рома, упал на жуткое лицо немертвого капитана, и парень тут же снова уткнулся глазами в доски палубы. Прошло лишь одно мгновение, но в это мгновение Уилл Тернер сам приговорил себя к вечному проклятию.
- А ты кто такой? - проскрежетало кошмарное порождение моря.
- Уилл Тернер. Джек Воробей прислал, в уплату долга, - прилежно повторил слова капитана Воробья Уилл. Джек сказал, что они могут спасти ему жизнь.
- Кто?! - прорычал Джонс.
- Джек Воробей, - неуверенно пробормотал Уилл, старательно отводя взгляд от водянисто-голубых глаз, поблескивавших в лунном свете и немного неестественно смотревшихся среди щупалец, что представляли лицо капитана «Летучего голландца».
Джонс очень внимательно разглядывал юношу. Сразу было понятно, что тот не моряк. Слишком гладкая чистая кожа, нетронутая ни палящим солнцем, ни соленым ветром, ни морской водой. Просто неудачливый малый, только-только осваивающийся в морском деле, и которого проныра Воробей подставил вместо себя. И понятия не имевший, что ждет его на «Летучем Голландце». Дейви Джонс даже пожалел бы парня… будь у него сердце. Но сердца у морского дьявола давно уже не было. И был он жесток как никто. И безжалостен как море. //Это я - море// - мелькнула мысль.
- Взять их на борт, - отдал приказ Джонс. - Приставить к работе. Кроме этого. Его в мою каюту.
Повернувшись в сторону погасившей все огни «Черной жемчужины», Дейви Джонс взглянул сквозь мрак беззвездной ночи и встретился взглядом с Джеком Воробьем, наблюдающим за происходящим через телескоп. Надо перекинуться словечком с увертливым пиратом. А затем он вернется на свой корабль. К своей новой добыче.

***

Уилл неуверенно оглядывал обширную, освещенную лишь лунным светом, капитанскую каюту «Летучего голландца» и слегка дрожал от пронизывающей сырости. Это место было кошмаром. Черный полусгнивший корабль и матросы, которые уже давно перестали быть людьми. Команда «Летучего голландца» состояла скорее из порождений моря, нежели женского чрева. Некоторые из них уже стали частью не команды, но самого корабля, тела их вросли в деревянный корпус, а души… Куда попали их души, не знал никто.
Это какая-то ошибка. Просто ошибка. Джек не мог приговорить его к такому. Он же спас Джеку жизнь, буквально в последний момент выдернул его из петли. Джек Воробей хороший человек. Он вытащит Уилла отсюда. Он не оставит его на милость этого создания.
Уилл опустился на корточки в углу каюты и съежился, пытаясь согреться, и слушал доносящиеся сверху приказы боцмана и топот команды. Корабль двигался, и, судя по всему, двигался с приличной скоростью, и Уилл прикинул, может ли «Черная жемчужина» следовать за ними на такой скорости. Ведь Джек скоро вытащит его отсюда?
Спустя некоторое время, показавшееся Уиллу чуть ли не вечностью, дверь каюты распахнулась, и внутрь прошагал ее хозяин - капитан Дейви Джонс. В первый раз Уилл получил возможность рассмотреть капитана вблизи и внимательно, и открывшееся ему зрелище заставило его задрожать и мысленно взмолиться о скорейшем освобождении. Вместо головы у Джонса было нечто, напоминающее осьминога, вместо одной руки угрожающая крабовая клешня, тогда как вторая рука все еще была похожа на человеческую. Одна нога также еще была человеческой, вторая напоминала конечность гигантского краба и глухо стучала по доскам пола при каждом шаге ее обладателя.
- Смотри хорошенько, парень, - прорычал Джонс слегка булькающим голосом. - Скоро ты увидишь меня полностью.
Уилл с трудом сглотнул и выпрямился.
- Сколько времени я должен буду прослужить в твоей команде?
- Одну сотню лет. Если ты столько проживешь. Это удалось немногим.
У Уилла внезапно закружилась голова. Сотня лет службы! Он глубоко вздохнул и от всего сердца понадеялся, что Джек вытащит его из этого ада в ближайшее время.
- Жизнь на борту «Летучего голландца» нельзя назвать легкой. Если это вообще можно называть жизнью. А юнги на этом корабле вообще долго не живут, - плотоядно усмехнулся Джонс, с вожделением взглянув на Уилла, и того слегка замутило.
- Ю… юнги?
- Именно, парень, - придвинулся еще ближе капитан. - Было бы досадно упустить такую красоту. Такие красавчики редко появляются в море. Сама судьба послала тебя мне. Точнее, Джек Воробей.
- Джек? - переспросил Уилл. - Нет. Джек вытащит меня. Я оказался здесь по ошибке. Он появится и все уладит, вот увидишь. Капитан, это он тебе должен, а не я. Между мной и тобой нет никаких счетов.
Дейви Джонс расхохотался и скинул с плеч плащ.
- Святая простота, милый наивный мальчик. Ты что, не знаешь, что Джеку Воробью нельзя доверять? Он пойдет на все, лишь бы спасти свою поганую шкуру. И сейчас он мотает отсюда на всех парусах, оставив тебя вместо себя. И ты, Уилл Тернер, будешь служить на моем корабле сто лет. И лучше тебе начать к этому привыкать.
Капитан сделал шаг вперед, и Уилла охватила паника.
- Нет… ты не понимаешь. Я не должен был здесь оказаться. Моя невеста, Элизабет, и я… мы должны были пожениться и…
- Я знаю, парень, Джек мне сказал. И он оставил тебя здесь, прекрасно понимая, что тебя ждет. Очень опасно быть его другом. И, парень, никогда не доверяй пирату.
Уилл медленно пятился назад, пока не натолкнулся спиной на занимавший всю дальнюю стену орган. Тот откликнулся нестройными звуками, отразившимися от необычно высокого потолка. Джонс почти прижался к Тернеру, дыша тому в щеку, изо рта его смердело протухшей рыбой и водорослями. Холодные щупальца мазнули Уилла по лицу и скользнули на шею, и Тернер вздрогнул всем телом.
- Парень, со дна морского нет спасения. Теперь ты принадлежишь мне.
- Пожалуйста, - охнул Уилл.
Капитан улыбнулся и шагнул назад, позволяя Уиллу почти поверить, что, может быть, возможно, Джонс проявит милосердие. А затем дьявольский капитан еще сохранившей человеческий вид рукой расстегнул свои штаны, и Уилл невольно опустил взгляд и дернулся всем телом.
Эта часть тела Дейви Джонса также утратила всякие намеки на человеческий вид, и представляла собой длинное, медленно разворачивающееся щупальце, толстое у основания и снабженное присосками. Оно извивалось в воздухе, будто жило само по себе, и было самым чудовищным зрелищем, что только видел в своей жизни Уилл Тернер.
Капитан узрел застывшее от ужаса лицо юноши и довольно хмыкнул. И смотрел, как по штанам парня расползлось темное пятно. Тернер обмочился от ужаса и даже не осознал этого. Как не осознавал и того, что это его собственный голос сейчас бормочет, запинается и срывается почти на визг, захлебываясь литанией просьб, мольб и молитв.
В ответ на которые Дейви Джонс хрипло расхохотался, одним рывком повернул Уилла к себе спиной и швырнул его лицом вниз на орган, острой клешней сдирая с него одежду так же легко, как стряхивал неосторожную водоросль со своего рукава. Уилл закричал и забился, и орган откликнулся громкими душераздирающими звуками, что даже не обладающий абсолютно никаким слухом человек не смог бы назвать музыкой. И затем в какофонию нестройных звуков влился крик боли и ужаса, когда холодное скользкое щупальце втиснулось внутрь его тела.
Джонс ощутил тепло и тесноту и довольно застонал. Истинной музыкой для него были крики Тернера, и он ритмично двигался вперед-назад и смеялся скрежещущим нечеловеческим смехом. Внутри Уилла щупальце беспрестанно извивалось, задевая ту точку, что заставляла его вскрикивать уже от наслаждения.
Уилл корчился, дрожал и всхлипывал, волны наслаждения окатывали его одна за другой, и он ненавидел свое тело, предающее его и желающее лишь удовольствия. И даже ужас от происходящего не мог заставить постыдную эрекцию исчезнуть, телу было все равно, кто или что его трахает, оно желало лишь наслаждения.
Джонс издал смешок, когда крики Уилла превратились в стоны, и Тернер начал под ним извиваться и выгибать спину, подаваясь навстречу.
- Вот так, мальчик, да. Ты научишься это любить. Твоя жизнь - это служба мне, - прорычал он.
Уилл с криком кончил и вцепился в клавиши органа, и безостановочно всхлипывал, ощущая, как выплескивается внутри него холодная сперма. Когда Джонс вытащил из него щупальце, Тернер соскользнул на пол там же, где стоял. Через минуту дверь каюты захлопнулась, оставив его наедине с собой.
Это было началом жизни Уилла Тернера на борту «Летучего голландца». Каждую ночь капитан трахал его, укладывая лицом вниз на орган. Скоро команда привыкла к доносящимся крикам и стонам, сопровождаемым какофонией звуков.
- Капитан играет песню Уилла, - говорили они и заходились злорадным смехом.
Проходили годы, и Уилл забыл Элизабет. Она стала лишь смутным воспоминанием, таким же далеким и почти забытым, как солнце и свежий воздух. Он жил в пропахшей гнилым деревом и тухлой рыбой капитанской каюте и не знал больше ничего, кроме службы Дейви Джонсу.
Но он так и не забыл Джека Воробья и его предательства. И даже когда он утратил разум, и на его бледной коже появились первые ракушки, Уилл Тернер знал, что когда-нибудь Джек Воробей окажется в этом аду вместе с ним.
И тогда он заплатит за все.

Конец.