Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Бар «На крючке»


Название: Бар «На крючке»
Фендом: Гарри Поттер
Автор: sillygame
Рейтинг: PG-13
Пейринг: ГП/ДМ
Жанр: романс
Содержание: случайности, которые случаются.
Посвящение: для winterwind, в подарок.

[ Все фанфики этого автора ]



«Муравьи. Они напоминают мне, что масштабирование - не то, совсем не то, чем мне стоило бы заняться. Прошлое, как прожорливый термит, ищет пищи, не знает еще, что я покорно в его распоряжении. С тихим шорохом, медленно и нудно, каждую ночь, утро, ненадолго во время завтрака, яркий комикс разворачивает передо мной свои крылья. Я не могу сдержаться, листаю, просматриваю снова и снова, это же так интересно - будить свои болевые точки и желание сделать кофе покрепче. Кофе постепенно крепчает, ночь становится длиннее и прочнее дня. Днем я занимаюсь имитированием широко открытых глаз, приподнятых бровей - я делаю вид, что мне интересен день. Ночью я читаю множество предложений до точки, перелистываю множество страниц и открываю, забыв закрыть, множество книг. В библиотеке Сириуса их много, так много, что порой их хочется сжечь.

Когда в качестве закладок используются фантики от конфет, книги пахнут шоколадом, иногда они пахнут травами, тогда из них сыплются хрупкие скелетики гербариев. На дальних полках книги пахнут сыростью и тухлятиной, на ближних - просто пылью. Не то, что мой комикс - он пахнет липкой весенней листвой, от него зеленые пятна на джинсах, как от крапивы и белые пятна на трусах, как от спермы. Почему как?..»

- И как?

- Отвратительно. Порнографические стенания книжного червя. Сушеного книжного червя. Глазки так прищурил, на свет выполз, а потом заполз обратно в свою норку и давай завывать меланхолично, - Гермиона с удовольствием изобразила пантомиму: «Червь выполз и заполз». - Упоминая Сириуса, ты раскрываешь свое так называемое инкогнито, и поверь мне, тебе лучше вообще не писать…

- А действие Веритасерума когда заканчивается?

- Через несколько секунд, я ведь пару капель всего… Гарри, нормальный отрывок, правда. И плавный такой, зауныв… нормальный, в общем. А ты стихов не пишешь? - она отпихнула от себя протяжно мяукающего Косолапуса.

- Нет! Ладно, я пойду, Рону только не говори.

- Про что?

- Ну, про это, - Гарри обреченно махнул измятыми свитками пергамента.

- Про то, что ты заходил, его не дождался, попросил меня принять Веритасерум, читал свои вирши и требовал критических и честных отзывов?

- Не вирши, а прозу. Ладно, я его дождусь.

- Отлично, у нас сегодня день пиццы.

Косолапус издал радостный протяжный мявк. Гарри незаметно спрятал свитки в карман и пообещал себе, что больше их никто не увидит.

Уже давно стемнело, Гарри Поттер шел домой и развлекал себя тем, что читал наоборот все попадающиеся ему афиши. В животе вели неторопливую и пока вежливую беседу пицца с пивом. Ночь была теплой, Гермиона обещала унести страшную тайну о постыдном хобби некоего Г.П. в могилу, кузнечики стрекотали, а вот и вывеска паба гостеприимно мигнула. Гарри прикинул, что денег должно хватить еще на кружку пива и толкнул деревянную дверь.

Бывает, конечно, предыстория, но все, как правило, начинается с дверей. Это общеизвестно и нет смысла перечислять и классифицировать двери по различным признакам типа материальности, пространственности и тому подобным глупостям. К слову, никаких особых тайных знаков дверь на себе не имела, обычная, не очень чистая и нередко открываемая, по-видимому, с ноги. Пиво, кстати, кислое в пабе подавали. Автор ведет к тому, что не понимает, каким образом там оказался Малфой.

Да и Поттер тоже удивился.

- А я слышал, ты во Франции лягушачью ферму завел со Снейпом на пару.

- Врут, как всегда. А я слышал, что ты в психушке.

- Тоже врут, я никогда там не был, - Гарри на секунду отвел глаза.

Малфой провел рукой по брюкам, смахивая невидимые пылинки. Гарри снял очки и стал протирать их рукавом свитера.

- Что ж, тогда придется с тобой выпить, Поттер.

- А зачем? Я и один могу, - гордо прищурился Гарри.

- Это кто бы сомневался. Ты же сейчас напьешься по-гриффиндорски, тебе понадобиться собеседник, поплакаться захочется. А я тут как тут, вот тогда ты и расскажешь все свои тайны. У меня появится компромат, я найду ему превосходное применение…

- В лучших традициях.

- У меня все всегда в лучших традициях. Не то, что у некоторых.

- Малфой, ты взял слишком быстрый темп, только не надо кричать: «Малфои всегда берут быстрый темп!»

- Это была моя фраза. Все, три рюмки выпито, самое время мне во всем признаться, а то у меня еще дела сегодня.

Драко сверкнул обезоруживающей, как он полагал, улыбкой, а Гарри подумал: чего это Малфой так нервно скалится?

В пабе было немноголюдно и душно, окна будто никогда не открывались, а копоть на потолке в некоторых местах отслаивалась, как халва. Темнота по углам плела клубки пыли, бармен в сотый раз пересчитывал чайные ложечки, что-то бормоча и поглядывая в сторону кухни.

- Как тут мерзко. Напоминает мне девяносто восьмой, - взгляд Драко на секунду стал рассеянным.

- И девяносто седьмой. Ты что здесь делаешь? Надоело коллекционное вино?

- Ты невежа, Поттер. Коллекционное вино не может надоесть.

- Но тебе ведь надоело?

- Хорошо, что мы оттуда ушли, - Гарри набрал полные легкие воздуха и подумал, что самое время взлететь, как воздушный шарик на дне рождения. Главное, не застрять в ветках дерева.

- Мы ушли, - усмехнулся Драко, искоса взглянув на сияющего Поттера. - Это я ушел, а ты за мной увязался.

- Ты же хотел мои тайны узнать, чемодан компромата грозился насобирать…

- Ладно, так и быть, я слушаю.

- На самом деле у меня великолепное зрение, а очки я ношу для того, чтобы казаться умнее.

Драко остановился и вытащил из кармана платок, внимательно осмотрел его и переложил в другой карман. Поттер выглядел так, будто сейчас сказал что-то очень остроумное. Темнота выбралась из углов паба, последовала за ними и теперь шуршала пакетиком из-под попкорна в кустах. Наблюдала, наверное, удивлялась - зачем разговаривают, зачем произносят звуки, ведь приятнее молчать и смотреть, пропуская сквозь себя ветер с реки. Люди так не умеют, им проще разговаривать.

- Ну да, а я крашу волосы.

- Я всегда это знал, цвет очень неестественный. Ты в баре ждал кого-то?

- Что ты как ревнивая жена? Если и ждал, то какая теперь разница? Вернемся к моим волосам, - Малфой пригладил свою и без того идеальную прическу.

Его, конечно, возмутила сама мысль о покраске волос, разум категорично требовал сатисфакции, но сейчас интереснее был Поттер - почему-то улыбающийся и радостный, как у Уизли на именинах.

- Вернемся к твоим волосам. - И покладистый какой, хорьком ни разу еще не назвал. - Они прекрасны в лунном свете.

- Луны сегодня не видно, - Драко поперхнулся.

- Хорошо, тогда в свете искусственного маггловского освещения, именуемого фонарь. Я всегда мечтал научиться разговаривать, как профессор Биннс.

- А я мечтал, вернее, слышал, что есть у магглов такое приспособление, с помощью которого они ловят рыбу, - глаза Малфоя затуманились. - И она ловится, без всяких заклинаний, сама заглатывает крючок! Наверное, занимательный процесс.

Внутренний голос, наконец, пискнул, что не очень разумно рассказывать какому-то случайно попавшемуся Поттеру о своих тайных желаниях. Еще внутренний голос зачем-то стал вкрадчиво нашептывать: «Раннее, желательно, не слишком раннее, утро. Заклятие, конечно же, от мошкары - это сразу надо, как приедем. Рыбы наловлю - море, а он пусть ее потрошит и готовит что-нибудь этакое. Что там из рыбы на костре готовят? Он должен знать». Еще Драко подумал, что Поттер не зря ему встретился в том пабе, не зря у Поттера такое лицо, будто он открыл для себя спички. Будто до этого огонь приходилось разжигать с помощью двух палочек, а тут сразу раз - и спички, или даже Инсендио. Ему вспомнилась встреча на Диагон-аллее. Осень, пахнет жженой сахарной ватой, сердце прыгает, но надо держать лицо и ни в коем случае не оглядываться ни на что. А тут - явление как с картинки про беспризорников, рукава свитера валиками закатаны, воротничок рубашки затерт до дыр, непонятно что сверкает ярче, глаза или стекла идиотских круглых очков.

Это же надо было - так глаза вытаращивать на все, включая сов почтовых. Это же надо сейчас, столько времени прошло, а он улыбается почти так же. Радостно и подробно рассказывает про удочки и ловлю на живца, профессора Биннса копирует очень похоже.

Драко Малфою было легко признаться самому себе что единственное, чего он желает на данном жизненном этапе - сделать несусветная глупость, что-то типа попрыгать на батуте или порыбачить, и чтобы никто не стоял рядом, не шептал ошеломленно: «Смотрите, смотрите, что это с ним?» Конечно, было немного завидно осознавать, что личности типа Поттера будут громко и неприлично смеяться над малфоевским определением словосочетания «несусветная глупость» по той простой причине, что вся их жизнь состоит из подобной чепухи. А жизнь Драко в последнее время стала похожа на мешок с сухими листьями, шуршит, шелестит, все тише, тише, совсем как та темнота в кустах со своими бумажными промасленными пакетиками.

Они расстались под очередным фонарем - Поттер вильнул куда-то вбок, а Малфой еще постоял в неровном круге синевато-белого света, в глубине души надеясь, что вот, сейчас - кто-то выйдет из темноты и сделает так, что ничего больше не останется.

Гарри проснулся утром, ему чудесным образом снился Малфой в коричневом свитере, сдержанно пытающийся скрыть свое желание пообщаться. Утро было сонным и тяжелым, дождик рассыпался по асфальту, нашептывая, что скоро все высохнет и высушится, что скоро губы потрескаются и захочется пить так сильно, что горло слипнется. В голове проносились красочные картины: Гермиона, сурово поджимая губы, чтобы не рассмеяться, рассказывает на семейном ужине десятку Уизли о таинственной болезни графомании. Живописует, что болезнь заразная и неизлечимая, что главная причина ее - неудовлетворенное сексуальное желание, целибат и аскетизм. Гарри даже прикрыл глаза от осознания грандиозности собственного лексикона, с минуту помучился, сдерживаясь, а потом все же записал понравившуюся мысль на салфетку.

С чувством выполненного долга он пошел было чистить зубы, но на полпути к ванной вернулся обратно в постель. Лежа думалось лучше. Лежа почти не болит голова, лежа лучше мечтается, и мысли текут плавно, не оформляясь в быстрые, телеграфные фразы: «Ты урод», «Ты нелеп», «Тебе понравился свитер Малфоя и сам Малфой». Именно это успел подумать Гарри, направляясь к ванной комнате, и теперь был так поглощен самокопанием, что упустил из виду странное поведение, странное местонахождение, отсутствие прямых оскорблений со стороны Драко. Вообще то, он много чего еще упустил из виду. Тишину и красоту ночного неба, например, потому что домой бежал быстро, смотрел себе под ноги.

А вот Малфой ничего этого не пропустил, он готов был торчать под фонарем остаток ночи, разглядывать и слушать темноту, тем более что ей так хотелось поглазеть и пошептаться в ответ. Поттер будто не уходил, он будто все еще стоял рядом, даже чувствовалось тепло возле левого плеча. Оказывается, Драко помнил многое, почти все. И то, как Гарри поправляет очки - быстрым, обезьяньим жестом, как он однажды зевнул и потянулся на уроке, рукав рубашки сполз и обнажилось предплечье с множеством мелких шрамиков. И что? Это правда, что он теперь никогда не будет лгать?

Вернемся в квартиру Гарри Поттера. Нет, он не живет на Гриммаулд-плейс, нет, у него нет огромной библиотеки - книг мало и они бессистемно разбросаны по комнатам. Сейчас он жует тост с малиновым джемом и, хлюпая, пьет кофе с молоком. Очки снял, все кругом стало расплывчато, зачем сейчас очки на носу, если и так все до мельчайших деталей видится ясно? Что за приступ у Малфоя был? Рыбалка - это же ритуал целый, червей копать надо. Малфой и копание червей. Гарри хрюкнул, поперхнувшись тостом. Сам он никогда не рыбачил, в теории все было не очень сложно, Хемингуэй в этом деле, конечно, не лучший помощник, но описывает процесс увлекательно…

Джем внезапно превратился в глину, которая заклеила рот. Какой-то урод долбился в дверь. Как можно думать о Малфое, о том, что он близко и такой светлый - весь, кожа, волосы, что даже в темноте очень хорошо виден? Урод не переставал терроризировать дверь. Гарри, как в замедленной съемке, увидел, что из ванной комнаты змейками вытекает вода, коварное сознание совместило шорохи дождя со звуками наполняющейся ванны и не подавало сигналов об опасности. Самое время прийти в себя и встретиться с реальностью лицом к лицу.

Драко реальность подсказывала, что пришло, наконец, время совершения ошибок и глупостей. Немного того, немного другого, никакой экзотики, один Гарри Поттер - стопроцентный британец, джинсы висят на заднице, очки в роговой оправе, все традиционно, почти не изменился. Может быть, размышлял он, именно узнавание и сделало Поттера таким подозрительно близким. Будто все время он был на расстоянии и виделся очень смутно, а теперь колесики бинокля подкручены верно, резкость настроена, можно смотреть сколько хочешь. Сколько они не виделись? Лет пять, наверное. И ни разу не было мысли: «И если Поттер будет целовать меня в шею, то ни в коем случае нельзя стонать, а то эта скотина точно будет смеяться». Не хотелось узнать его адрес, не интересовало его самочувствие, видимо, это бинокль был какой-то неправильный, бинокль замедленного действия.

Мысли и фразы в голове штамповались беспрестанно, Драко хотелось немного приглушить собственное миросозерцание, потому что оно как-то уж очень демонстративно концентрировалось на не стоящих внимания объектах. К вечеру созрело непоколебимое желание посетить один бар. Следовало по этому поводу одеться соответствующим образом, также следовало признать, что у Поттера красивые руки, успокоиться и не следить больше за каждым его жестом.

Когда на третий день присутствие Гарри Поттера не обнаружилось ни в баре, ни еще где бы то ни было, Драко решил, что ожидание, конечно, дисциплинирует, но пусть это ожидание дисциплинирует кого-нибудь другого, не его. Можно выбрать определенную траекторию и следовать ей, не отступая ни на шаг и точно знать, что в конце концов встретишь того, на кого и рассчитаны были эти твои, казалось, бессистемные передвижения в пространстве.

Можно начать находить удовольствие в странных вещах, в таких, например, как самостоятельный поход за свежими газетами. Маленький передвижной ларек, к которому с утра слетаются стаи сов, очаровательная продавщица с диковинным разрезом глаз, сегодня на ней полосатый шарф, улыбается, протягивает последний экземпляр журнала «Квиддич: обзоры», и тут над ухом раздается шепот:

- А я как раз за ним и шел.

- Какое совпадение, Поттер, я тоже хотел купить именно этот журнал. Чего ты шепчешь?

- Не знаю. Соскучился по тайнам и секретам. Представляешь заголовки газет завтра: «О чем шептались Поттер с Малфоем?» или «Страстный шепот и объятия на виду у всех».

- Объятий не было, - Драко на всякий случай отодвинулся подальше.

- Дашь журнал почитать?

- Нет, ты забрызгаешь мне его тыквенным соком.

- И не только, - Гарри многозначительно улыбнулся.

- О, Мерлин. Ты дрочишь на Квиддич?

- А почему бы и нет? Прекрасная игра, в журнале публикуют интервью только самых знаменитых игроков и самых знаменитых тренеров…

- Сандро Маккормик утверждает: сто лет тренерской деятельности - не предел! - с отвращение зачитал заголовок одной статьи Драко, разглядывая морщинистого тренера сборной Черногории.

- Может, я шарпеев люблю… - задумчиво проговорил Гарри.

- Сейчас, погоди, выберем тебе кого-нибудь помоложе…

Драко начал листать журнал, прекрасно понимая, что в обычной жизни такие разговоры заканчиваются сексом, но ведь теперь, в эту самую секунду - разве это была обычная жизнь? Рядом с Поттером, настырно лезущим под руку, хватающим журнал и комментирующим все колдографии: «О, смотри, как мне машет этот блондинчик!», «А этот нахмурился, еще чуть-чуть, и нос у него был бы как у Снейпа».

«Нет, это не жизнь, - подумал Драко, глядя на Поттера, который все-таки выхватил журнал и теперь разглядывал его с открытым ртом. - Это не жизнь, а просто праздник какой-то».

Мостовая под ногами напоминала о том, что реальность все же существует, что не по облакам ступаешь, а по камням. Предметы всегда находят своего хозяина, никак не наоборот, именно поэтому журнал сейчас в руках не у Драко. Ветер шелестит страницами, мешая запах свежекупленной прессы с теплым запахом кофе из лавочки напротив, бросает пряди волос на глаза, заставляет останавливаться и чувствовать себя живым, потому что для этого иногда хватает самой малости.

- Поттер, закрой рот, а то шмель залетит.

«Пойдем домой, найдем применение твоему рту. Не только рту», - поправил себя Драко, любивший точность формулировок.

- Что ты сейчас сказал? - Поттер высунулся из-за журнала и от волнения даже снял очки.

- Я сказал, закрой рот, ты выглядишь дебилом больше обычного.

- Нет, нет, нет. После этого ты довольно громко позвал меня домой и предложил заняться оральным сексом. А потом добавил: и не только. Ты так громко думаешь?

- Если ты слышал все четко и ясно, то зачем переспрашиваешь?

Тут главное, уговаривал себя Драко Малфой, глаз не отводить, потому что все уже, поздно.

Гарри стоял напротив него, растерянно опустив журнал, ветер тут же подхватил страницы и развернул их красочным хлопающим веером. К Драко постепенно приходило понимание - тем яснее, чем дольше затягивалось молчание, что именно этого он и хотел, хотел так сильно, что произнес это вслух. Спустить в рот Поттеру, а потом самому довести его до бессилия, чтобы руки и ноги у него плетьми висели, чтобы лежал еще долго потом, не шевелясь, и можно было бы лежать рядом и никуда не торопиться. Вообще больше никуда не торопиться...

В спальне у Малфоя было душно и жарко, Гарри лежал на животе поперек кровати совсем не королевских размеров, рядом сидел Малфой, недоуменно разглядывающий разбросанную по полу одежду.

- Что там дальше по твоему плану? Рыбалка? - голос Поттера был сонный и чуть охрипший.

«Конечно, - самодовольно усмехнулся про себя Драко. - Так орать».

- У меня не было никакого плана, все… - он сделал неопределенный жест. - Было спонтанно?

- Да, рассказывай. Ты еще в том баре уже знал, что не пройдет и недели, как я окажусь у тебя здесь, кверху задом.

- Нет, честно, нет.

Гарри удивился про себя, что Малфой употребил такое слово, как честно. Он часто произносил слово честь, даже чаще чем нужно, задирал вверх подбородок, короче, полный комплекс идеальных манер. А сейчас на подбородке у него розоватое пятно - кожа раздражена, потому что Гарри не побрился с утра, белесые ресницы распахнуты, глаза как у кота, нанюхавшегося валерьянки, его даже стало немного жаль.

- Ладно, забудь. Что ты там про рыбалку? - Гарри перевернулся на спину и закинул руки за голову.

- А, рыбалка. Так вот… - Малфой растянулся рядом, и как ни в чем не бывало, словно продолжил только что начатый разговор.

Выбившийся из идеальной белобрысой прически вихор щекотал Гарри ребра, глаза закрывались, хотелось спать, но он мужественно кивал и даже иногда вставлял: «Ну, наверное, не знаю…» Потом он понял, что голос Малфоя заглушает шорох листьев, шум огромных деревьев, он схватил Драко за запястье, чтобы не потеряться в лесной глуши и закрыл глаза, потому что уже не было больше сил притворяться бодрствующим.

Конец.