Forsaking All Others

Название: Forsaking All Others
Фандом: Merlin BBC
Автор: magog_83
Переводчик: **Анна Каренина**
Бета: Saha Miniloki
Пейринг: Артур/Мерлин.
Рейтинг: PG-13
Отказ от прав: стандартный

Все началось в среду. Мерлин собрался в Эалдор, а Артур был не в духе. Он охотно оповещал всех, кто слушал (хотя из-за вышеупомянутого настроения принца желающие особо вокруг не толпились), что эти факты никоим образом не были связаны. Если Мерлину внезапно понадобилось сломя голову нестись в Эалдор, чтобы повидать мамочку, пособирать цветочки, поговорить с деревьями или чем он там обычно занимался, Артура это ничуть не интересовало, у него было много других дел, и он весьма твердо объявил об этом Мерлину.

- Меня не будет всего-навсего две недели,- Мерлин уже некоторое время наблюдал, как Артур с подчеркнутым вниманием читал отчет о последней тренировке рыцарей. Казалось, волшебника что-то позабавило. Выражение, возникшее сейчас у него на лице, всегда раздражало Артура - можно подумать, Мерлин знал то, что принцу было неизвестно. На этот момент Артур уже трижды перечитал коротенький абзац и узнал абсолютно все о последней травме колена, полученной сэром Гавэйном, поэтому он поднял глаза. 

- Мерлин, мы уже обсудили твой отъезд. Можешь уезжать настолько, насколько хочешь. Возможно, я найду более-менее подходящего слугу. Хуже все равно некуда.

Артур бросил выразительный взгляд на бумаги, которые Мерлин не соизволил убрать прошлым вечером, и теперь эта стопка была в опасной близости от локтя принца, грозя в любой миг обрушиться. Мерлин ухмыльнулся. Как обычно, попытка держаться холодно и отстраненно абсолютно не впечатлила слугу. 
Темноволосый юноша лишь откинулся на спинку стула и потянулся. Когда он посмотрел на Артура, его ухмылка сменилась ласковой улыбкой. 
- Ты дуешься.
- Вовсе нет. Принцы не «дуются», Мерлин.
- Зато придурки дуются. Они еще насупиться могут. Хотя, возможно, это только слухи. 
- Я не насупился… - Артур, недовольный собой, прикусил язык. Лицо Мерлина засияло от сдерживаемого смеха. – Тебе вроде пора в Эалдор, лук полоть или чем ты там занимаешься?
Мерлин вздохнул (весьма наигранно, как заметил Артур) и встал. 
- Ладно-ладно, раз тебе не терпится от меня избавиться, я уезжаю. Лук не ждет.
Он обогнул стол и подошел к Артуру, успев по пути натянуть грубую коричневую куртку. Потом, дурачась, склонился в преувеличенно уважительном поклоне. 
- До свидания, сир, - Артур закатил глаза. – Не делайте ничего, что я бы не стал…
- Например, убирать в комнате?
- …и постарайтесь не скучать по мне слишком сильно. 
Артур открыл рот, чтобы заявить, что он вообще скучать не будет, спасибо большое, но Мерлин наклонился и поцеловал его, скользнув руками по шее, взъерошивая короткие волосы на затылке. Впечатляющая речь, которую собрался произнести Артур, свелась к «ммммффф». Мерлин засмеялся, не отрываясь от губ принца, и поцеловал его снова. Артур же с легким беспокойством обнаружил, что его собственные руки поднялись и обхватили лицо Мерлина – конечно, вопреки желанию их владельца. Поцелуй как раз начал становиться многообещающим, когда Мерлин отпрянул. Он раскраснелся, а глаза сияли. Вспомнив, что все равно сердится, Артур отдернул руки. Теперь пришла очередь Мерлина закатить глаза. 
- Что же, прощайте, Ваше Величество. Я привезу Вам луковку. 
Прежде чем Артур начал произносить речь, которая послужила бы впечатляющим ответом на столь нелепую фразу, Мерлин ушел. Дверь за ним со стуком закрылась, и наследнику оставалось только гадать, что сейчас произошло. Когда дело касалось Мерлина, такие размышления были неудивительны. Это выводило из себя. Артур привык контролировать ситуацию. Он как-никак наследный принц. Его растили, чтобы он вел за собой людей – и ожидал от них послушания. Каждому человеку было отведено свое место в мире. Артуру с рождения было известно – его место на самом верху. Да это все знали. Только, очевидно, никто не потрудился рассказать Мерлину. Таким образом, у Артура на шее оказался самый непослушный, несдержанный в речах, абсолютно бесполезный слуга во всем Альбионе. И, что самое странное, Артур смирился. 
А потом произошло…это. Принц бросил взгляд на огромную кровать, которая занимала большую часть комнаты, а вернее, на смятые простыни. Беспорядок лишний раз напомнил, что, как бы Артур ни сердился на Мерлина, видимо, он злился все же недостаточно сильно. Глядя на доказательство собственной слабости, Артур размышлял, когда именно положение дел настолько усложнилось. Он помнил времена, когда секс был…просто сексом. Бывало, он быстренько упражнялся с хорошенькой служанкой в какой-нибудь безлюдной нише или в комнате для прислуги, а мог и втайне навестить покои благородной дамы. Это происходило так бездумно, легко, касалось лишь похоти и зова плоти – только еще одна часть игры, разворачивающейся при дворе, обычная демонстрация высокого статуса. Подобные случаи были прежде всего тривиальными, простыми. Телесные потребности удовлетворялись, а потом каждый шел своей дорогой. 

Стоило предвидеть - с Мерлином без сложностей не обойтись. Надо было заподозрить, что так же, как Мерлин с самой первой встречи выделялся из толпы, провоцировал, раздражал и бесил, он западет в душу и в остальных отношениях, если Артур позволит. Конечно, нельзя обвинять во всем лишь Мерлина (хотя Артур пытался), принц в равной степени нес ответственность за перемену в их отношениях, и без того необычных. Поэтому он разработал было план. Блестящий, надежный план, окончательно сформулированный после большого количества выпитого вина. Как смутно припоминал Артур, он собрался раз и навсегда выбросить Мерлина из головы и жить спокойно. Да только удивительная неспособность его слуги оправдать хоть какие-то ожидания хозяина касалась не только уборки и пунктуальности.
В итоге Артур обнаружил, что в результате всех затраченных усилий, лести и обольщения затащил-таки в постель Мерлина, который пинался во сне и стягивал на себя одеяло. Подобный ход событий по меньшей мере досаждал. Уж не говоря о том, что был совершенно необъясним и существенно нарушал все планы.

Артур скомкал отчет и швырнул его в огонь. Комок отскочил и покатился по полу – тут Артур вспомнил, что остался без слуги, который подобрал бы бумажку, поэтому ковер может загореться. Артур испустил протяжный вздох, показывающий, как сильно страдал принц – только Мерлин мог настолько раздражать, даже не находясь рядом - и подошел к камину, чтобы подобрать тлеющий отчет. Рухнув в кресло (груда бумаг опасно покачнулась), принц стал обдумывать предстоящие две недели. По какой-то нелепой, выводящей из себя причине у Мерлина, кажется, сложилось впечатление, будто Артур, принц Артур Пендрагон станет рассиживаться без дела и тосковать по своему слуге, будто дева из слезливых, длиннющих баллад, которыми менестрели вечно терзали его уши - в действительности же ничто не могло быть дальше от истины, чем это. Артур прекрасно справлялся, пока Мерлин не перепутал и не перевернул все с ног на голову. Что бы Мерлин ни возомнил, Артур отнюдь не собирался впадать в отчаяние из-за того, что целых две недели ему будут нормально прислуживать, да и постель окажется в полном его распоряжении. Чем дольше принц размышлял, тем больше склонялся к выводу, что именно это ему и было нужно. В последнее время история с Мерлином чересчур сильно сбивала с толку, и теперь, когда слуга уехал, у Артура появится возможность увидеть ситуацию в правильной перспективе, сосредоточиться на обязанностях и хорошенько потренировать рыцарей. Когда тихий стук возвестил о прибытии Вильяма (слуги, замещающего Мерлина), Артур подумал о еще более приятных последствиях: каждое утро его станет будить тот, кого не надо сперва сталкивать с кровати. 
Глядя на почтительно склонившегося Вильяма, Артур подумал, что, несомненно, отъезд Мерлина был даже желателен. Если учесть все обстоятельства. 

***
В течение следующей недели Артур убедился в том, что рыцари его избегали. Только никак не мог понять, почему - ведь он никогда не выполнял свои обязанности с таким рвением, как в последнее время. Конечно, принц никогда не пренебрегал тренировками, но теперь у него появилась возможность добавить несколько часов к утренним занятиям и найти время для послеполуденной охоты. К тому же практика оказалась только на пользу рыцарям – их мрачные взгляды и недовольное бормотание в достаточной мере свидетельствовали о том, что Артур излишне распустил людей. У сэра Оуэна даже хватило бесстыдства спросить, когда вернется Мерлин. Артур напомнил наглецу (как надеялся принц, с соответствующим ледяным видом), что если бы Мерлин был здесь, им вряд ли удалось бы охотиться столь часто и успешно. Когда сэр Оуэн, казалось, вовсе не нашел слов для ответа, Артур решил, что отстоял свою правоту. 

А охота прошла крайне удачно. Принц никогда не замечал, как шумел Мерлин, пробираясь сквозь подлесок. На первой же охоте без Мерлина (Артур затеял вылазку сразу после его отъезда) они убили несколько оленей, десять кроликов, трех фазанов и четырех зайцев. Прислуга на кухне изумилась, когда принц принес добычу и велел приготовить ее на ужин. На следующий день Артур принес еще больше. Хотя повара, кажется, немного удивились, они были в достаточной мере восхищены его охотничьими навыками. Но спустя шесть дней Артур заметил - их улыбки стали несколько натянутыми. Затем Моргана объявила, что если ей придется съесть еще один бифштекс из оленины или пирог с зайчатиной, она ткнет Артура вилкой. Поэтому наследник перестал охотиться каждый день. В промежутках между ловлей он добавил занятия по тактике, а после полудня и вечерами - строевую подготовку. 

Приблизительно в это время рыцари стали подвержены внезапным приступам кашля и простуды, не говоря о весьма сомнительных Семейных Обстоятельствах, которые требовалось незамедлительно уладить. 

Состояние, в котором пребывали покои Артура, тоже не улучшало настроение. Конечно, Вильям оказался почтительным слугой, знающим свое дело, он отлично справлялся: комната Артура блистала идеальной чистотой, еда подавалась вовремя, и наследному принцу ни разу не пришлось разыскивать Вильяма по всему Камелоту. Просто…Артур больше не мог ничего найти. Оказалось, Мерлин все время действовал по сугубо индивидуальной системе, хотя Артур и думал, что тот бросает вещи куда придется. Да только Вильям с мерлиновской системой был незнаком. У него сложилось устаревшее мнение, будто доспехи надо хранить отдельно от парадных одежд, и книгам место на полках, а не под кроватью, откуда Артур мог легко их достать ночью. Вдобавок, словно вышеперечисленное недостаточно раздражало, постель стала ужасно неудобной. Поворочавшись две ночи без сна, Артур пришел к единственному возможному умозаключению: ему подменили матрас. И новый был набит камнями. Вильям сменил матрас еще дважды, но безрезультатно. Когда Артур, надеясь получить хоть каплю сочувствия, упомянул об этом за ужином, Моргана посмела ухмыльнуться и предположить, что, возможно, постель просто некому было согреть. Совершенно нелепый домысел, учитывая, что принц приказал Вильяму каждый вечер класть в постель не меньше двух грелок. 

В общем и целом неделя выдалась не из лучших. Поэтому Артур сидел в большом зале, пил в одиночестве (кажется, все рыцари испарились из замка) и жалел себя. День прошел ужасно. И выспаться не получилось. Опять. Он даже не мог покинуть неудобное ложе и заняться верховой ездой, потому что Вильям навел порядок в шкафу - то есть все переложил. К тому же стащил большую часть одежды под совершенно неубедительным предлогом того, что хочет ее выстирать и починить. Когда Вильям, наконец, вернул одежду (она что, пахла лавандой?), Артур поспешно ее натянул и отправился на охоту, которая удалась на славу, но повара не смогли даже изобразить радость. Откровенно говоря, Артур был совершенно уверен - некоторые из них многозначительно переглядывались, а кто-то пробурчал, что придется расширить кладовые. 

Тяжело вздохнув, Артур осушил кубок и поискал глазами слугу, который налил бы еще. Потом он вспомнил, что после Случая С Лавандой отпустил Вильяма до конца дня. Принц как раз прикидывал на глаз расстояние до ближайшего кувшина с вином, когда увидел трех приближавшихся служанок. Он моргнул - и три девушки превратились в одну Гвеневеру, казавшуюся немного обеспокоенной.
- Ваше Величество? Леди Моргана послала меня проверить, ничего ли Вам не нужно.
Артур посмотрел на Моргану поверх плеча Гвен, та сидела за дальним столом и разглядывала его, вопросительно подняв бровями. Потом он сконцентрировался на Гвен и постарался не столь явно сползать со стула. 
- Налей вина, пожалуйста. Вильяма я отпустил.
Гвен несколько удивилась, но принесла кувшин и наполнила кубок, продолжая хмуриться. Артур предпочел не обращать на нее внимания и сосредоточиться на вине. Осушив кубок, он протянул его снова. В этот раз Гвен помедлила, прежде чем наполнить чашу. 

- Сир? Может, Вам лучше пойти к себе?
Из уст другого человека Артур воспринял бы такие слова как дерзость, но от Гвен лишь отмахнулся. 
- Бесполезно. 
Гвен, кажется, не поняла, и Артур пояснил:
- Я все равно не могу уснуть.

Артур сам не знал, какой ответ ожидал получить, но реакция служанки его удивила. Выражение лица Гвен смягчилось, а взгляд неожиданно стал понимающим и сочувствующим. Пока Артур пытался собраться с затуманенными мыслями и понять, что бы это значило, девушка еще раз налила вина (половину кубка), а потом с соболезнующей улыбкой произнесла: 
- Я тоже по нему скучаю, сир. 
Ее рука на секунду застыла возле руки Артура, словно девушка хотела его коснуться, но потом передумала. Сделав реверанс, Гвен удалилась. 

Когда Артуру медленно собрал воедино все неожиданные и нежелательные умозаключения, он увидел, как Гвен, вернувшись к Моргане, прошептала ей что-то на ухо. Та бросила на Артура взгляд, в котором читались изумление и сочувствие, затем кивнула, будто Гвен оказалась совершенно права. Именно тогда последние кусочки головоломки наконец встали на места, и Артур оказался один на один с поистине ужасающим, унизительным выводом. Они думали, что он тосковал по Мерлину. Из всех возможных кандидатур – по Мерлину! А принц, конечно, даже и не скучал. 

Хотя Артур прекрасно это знал, сносить жалостливые улыбки и понимающие взгляды было трудно. Задачу не облегчало и медленное осознание того, что не только Моргана с Гвен полагали, будто Наследный Принц коротает вечера на стенах замка, высматривая на горизонте своего слугу (Артур ходил туда лишь раз, только потому, что хотел подышать свежим воздухом), перешептывания рыцарей и ободряющие улыбки, которыми одаривал его Гаюс, разом обрели смысл. И Артуру это не нравилось. Нелепа была сама мысль, будто Наследный Принц Камелота – кстати, не один случай доказывал, что Артур может заполучить любого – глаз не мог сомкнуть, потому что его бесполезное подобие слуги отправилось домой повидать мамочку (Артур лишний раз вспомнил, какой девчонкой был Мерлин). Хорошо, за последнюю неделю принц добавил тренировок. Занятия по тактике тоже стали нововведением (с другой стороны, Артуру надо было хоть чем-то заняться вечерами). Ладно, возможно, он жаловался, что кровать неудобная, постель – холодная, и, может, сказал Вильяму, что Мерлин разлаживает вещи гораздо лучше… О Господи, действительно можно было решить, будто Артур скучал по Мерлину. 

Совершенно очевидно – нужно действовать. 

Поэтому в следущую пятницу Артур разработал Блестящий План. В отличие от предыдущего замысла, связанного с Мерлином, этот не мог провалиться, ведь он был безупречен с точки зрения тактики (впрочем, как все кампании Артура). Решение оказалось на удивление простым и очевидным, Артур не мог понять, почему он раньше не додумался. Конечно, из-за Мерлина. Когда он крутился вокруг, постоянно сбивал с толку. 

С точки зрения Артура проблема заключалась не столько в том, что он затащил Мерлина в постель (хотя ретроспективный взгляд показывал – этот план был не из лучших), а в том, что Мерлин продолжал в ней оказываться. Конечно, сначала это не входило в замыслы Артура. После первой ночи он просто… перестал смотреть по сторонам. Здесь Артур явно допустил ошибку, ведь теперь он оказался в нелепой ситуации. Придется доказывать половине двора, что принц не сходит с ума по какому-то непослушному крестьянину. 

Именно здесь вступал в силу План. 

Кажется, Артур, оказавшись в постели с Мерлином, навлек на себя проблемы. И справиться с неприятностями сможет лишь похожим способом, только в этот раз он выберет кого-то подходящего. Человека, который знает свое место и понимает, какую честь оказывает принц, милостиво позволяя разделить с ним ложе. А если все придворные увидят, как Артур благосклонен к новому фавориту … что же, это пойдет на пользу. Репутация наследника будет спасена, и тогда не придется ни сносить сочувственные улыбки, ни выслушивать колкости каждый раз, как захочется устроить ночную охоту – между прочим, она вполне допускается придворными обычаями. По возвращении Мерлину придется …ну, смириться с решением Артура, потому что принц не обязан ничего объяснять слуге. Вообще ничего. 

На следующий день Артур принялся за исполнение своего плана. 

Субботним вечером в большом зале состоялся пир. Глядя на накрытые столы, Артур подумал, что, наверное, лично забил всю дичь, которой хватило на сотню гостей, каковой факт лишь добавил решимости уладить проблему раз и навсегда. Артур принялся рассматривать сновавших по залу служанок, задерживая взгляд на хорошеньких. Он быстро нашел то, что искал: милая брюнеточка, которая, перехватив взор принца, залилась очаровательным румянцем, но не отвела глаза. Следующий час Артур провел в компании Морганы, пытавшейся завязать с ним разговор, но продолжал украдкой обмениваться с девушкой взглядами. Потом он сделал следующий ход, выразительно посмотрев на девушку, оставив Моргану и направившись прочь сквозь расступившуюся толпу. Когда девушка вслед за ним покинула залу, Артур с радостью отметил, что несколько рыцарей наблюдают за происходящим, удивленно подняв брови. План превзошел все ожидания. В коридоре Артур, не обращая внимания на проходящего мимо слугу, схватил брюнеточку за руку и потащил смеющуюся, жмущуюся к нему девушку в ближайшую нишу. Слегка опьяненный как вином, так и успехом столь блестящего плана, Артур улыбнулся служаночке, притянул ее ближе, наклонил голову и поцеловал обнимавшую его девушку в губы, понимая, что…

…что с таким же успехом мог целовать Гаюса. 

Артур отпрянул и с испугом уставился на очень привлекательную, сговорчивую девушку. Картина, которую он вообразил, была ужасной и напугала его до полусмерти. Такого в плане не было. Естественно, Артур не собирался влюбляться в девушку, зато ожидал получить удовольствие. Вместо этого он чувствовал себя…Артур не совсем понимал, что именно испытывал в этот момент, но ощущения были неприятными. 

- Что-то не так, сир?
Девушка вопросительно смотрела на него. Она немного задыхалась, а в голосе звучала тревога. Озабоченное выражение подпортило миловидное личико. Глядя на нее, Артур несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь определить, что за странное сосущее ощущение возникло в животе (он знал, что не может быть все еще голоден). Неожиданно дверь в дальнем конце коридора распахнулась, и Артур краем глаза заметил оранжевое платье, а потом как ошпаренный отпрыгнул от девушки. Гвен остановилась, строго глядя то на Артура, то на покрасневшую брюнетку. Затем она сделала реверанс и удалилась. На одно неловкое мгновение Артур почувствовал себя виноватым. Это было глупо, ведь он не делал ничего, за что должен был бы испытывать вину. 

Он повернулся к девушке, которая теперь смотрела с легким недоумением. 
- Все в порядке, я просто вспомнил, что…Мне надо… - Артур подумал, что неплохо бы прекратить лепет. – Мне нужно идти. Идти…кое-куда. 
Артур изо всех сил старался не шагать по коридору слишком быстро. 

Кажется, план надо было обдумать получше. 

По истечении часа и бурдюка с вином Артур все понял. Конечно, проблема заключалась в поле партнера (страшную картину с Гаюсом лучше игнорировать). В конце концов, Мерлин был парнем. Хотя раньше у Артура не было особых предпочтений, спать с мужчиной или с женщиной, очевидно, Мерлин и это изменил (опять он виноват!). Артур, довольный, что спас план, лег в свою неудобную, холодную постель (грелки плохо помогали), твердо решив не обращать внимания на чувство пустоты в животе. Он был уверен, что завтра дела пойдут лучше. 

К сожалению, он заблуждался. Опять же при ретроспективном взгляде мальчишка-конюший стал ошибкой. Конечно, попытка переспать с худеньким, темноволосым юношей напомнила о том, о ком Артур вспоминать не хотел. А лакей... Ну, он был голубоглазым, как Мерлин. Поэтому затея с самого начала была обречена на провал. С сэром Аланом проблем возникло больше. Красивый, обаятельный молодой человек сразу проявил интерес к Артуру. Но все же он был высоким. Как Мерлин. Поэтому неудивительно, что Артур принес извинения и удалился после того, как они минутку пообжимались (надо отметить, процесс не впечатлял). С оруженосцем тоже не получилось. И со швеей (Артур хотел точно убедиться). К тому времени, как леди Элеанор сделала принцу вполне недвусмысленное предложение - второй раз за несколько дней - Арутр знал, что не стоит и пытаться. Когда после утренней тренировки благородная леди отправилась его разыскивать, Артур предпочел спрятаться в кладовке, лишь бы снова не испытать горькое унижение после очередной неудачи. 

И тут он подумал, что, кажется, кто-то пытается сорвать его план. Артур даже прекрасно знал, кто. В конце концов, у Артура было не много знакомых магов. И еще меньше волшебников, заинтересованных в том, чтобы принц никогда не смог заниматься сексом с другими. Унижения, пережитые за последние две недели, были результатом мер, принятых Мерлином. Как только Артур это понял, думать об ужасных событиях, которые произошли в последнее время, стало немного легче. И ему сильнее захотелось убить своего слугу, когда тот наконец вернется в Камелот. 

Тем более наступил вторник. Значит, до возвращения Мерлина оставались считанные часы. Артур заставит его снять чары, или заклинание, или что там ушастый наколдовал, и все снова будет в порядке. Скорее бы. 


**
Первым признаком того, что Мерлин вернулся, стала большая луковица. Следующим вечером замерзший, промокший Артур вернулся из ночного патруля и увидел вышеупомянутую луковицу, торжественно возлежавшую в центре стола. Артур рассматривал ее, пока не решил - охватившее его чувство было предвкушением грядущего отмщения. Он с трудом сглотнул. Точно, предвкушение мести. Наследник продолжал стоять, глядя на лук и пачкая пол грязью, капающей с одежды, когда дверь скрипнула, и Артур, даже не обернувшись, все равно знал – Мерлин пришел. 

- Я привез тебе луковку, - веселый тон Мерлина выводил из себя. Артуру понадобилось некоторое время, чтобы справиться с предвкушением возмездия. Затем он обернулся и посмотрел на вернувшегося слугу, который непринужденно прислонился к двери и теперь улыбался действительно очень самодовольно и раздражающе. – Хотя я не сразу решил, куда ее положить, - улыбка Мерлина стала шире. – Никогда не видел, чтобы в комнате было настолько чисто. Кто тебе прислуживал, пока меня не было?

Артур, казалось, застыл, и Мерлин слегка нахмурился: 
- Артур? 
Когда Артур не ответил, маг попытался еще раз:
- Что ты…
- Ты меня заколдовал! – на мгновение Артур пожалел, что не произнес крайне впечатляющую речь, которую подготовил заранее, в ней дело преподносилось ясно и обосновано, так что Мерлин не устоял бы пред лицом столь неоспоримой логики и признал бы, что во всем виноват он один. А так вышло, что Мерлин, похоже, в обозримом будущем признаваться не станет. Разинув рот он уставился на Артура. И явно гадал, не сошел ли наследник с ума. 
- Ээээ…что?
- Ты, - Артур сильно толкнул Мерлина в грудь, - навел на меня чары! 

Какое нахальство! Теперь Мерлин осмелился смотреть на Артура с беспокойством. 
- Артур, с тобой все в порядке? 
- Нет, не в порядке! Я ничего не могу найти, рыцари меня ненавидят, постель неудобная, половина слуг думает, что я импотент…
- Что-что они думают?
- А леди Элеанор ко мне уже два раза приставала…
- Кто такая…
- Но, очевидно, я не смогу с ней переспать, даже если захочу, потому что из-за колдовства все время представляю твое дурацкое лицо – и мне пришлось спрятаться от королевской гостьи. В кладовке, - Артур выразительно посмотрел на Мерлина, желая убедиться, что тот осознал всю серьезность проблемы. – Я думаю, она вместо меня подцепила Гавэйна, - закончил Артур менее впечатляюще. Даже совсем тихо. 

Мерлин пару раз моргнул, а потом выдавил из себя:
- И во всем виноват я, потому что…?
Артур бросил на него особенный Взгляд, который приберегал лично для Мерлина. 
- Я не идиот, Мерлин.
Тот открыл рот, но, увидев выражение лица Артура, быстро его закрыл. - Я распознаю магию, когда сталкиваюсь с ней. Явно твоих рук дело, - принц опять толкнул Мерлина. – Ты хотел убедиться, что я…что я…- он не сразу нашел достаточно выразительные слова, - буду слоняться по замку и чахнуть от тоски, пока ты не вернешься. 
Артур замолчал, ожидая от мага неизбежного признания. Но наглец лишь сбросил его руку (Артур сам не заметил, когда вцепился в рубашку Мерлина) и на секунду поджал губы, как делал всегда, когда Артур был особенно твердолобым и докучливым. 
- Артур, - негодующе сказал юноша, - клянусь, я не заколдовывал тебя. 
- Ах, не заколдовывал? Тогда как называется это? – Артур помахал рукой, желая привлечь внимание к Ложу, На Котором Глаз Не Сомкнуть, к грудам одежды, пропахшей лавандой, к раскиданным по полу бумагам (Артур разбросал их утром, разыскивая перчатки для верховой езды), да и к самому себе, ведь он все еще нависал над Мерлином самым угрожающим образом. Хотя Мерлин ничуть не выглядел перепуганным. Он медленно обвел комнату взглядом. Артур смутно заподозрил, что слуга над ним смеется. 

- Артур, может, ты просто скучал…
- Я могу спать с кем захочу, - громко перебил Артур, пока маг не успел сказать глупость и нелепицу, которая чуть не сорвалась у него с языка. 

В этот раз он точно заметил, как Мерлин улыбнулся. 
- Конечно, можешь, - успокаивающе сказал Мерлин. Артур кивнул, обрадовавшись, что слуга все понял (хотя, по мнению принца, мог бы не соглашаться так покладисто). – Мы оба можем, - с готовностью продолжил юноша. 

- Рад, что ты… Стоп. В смысле, «оба можем»? - Принц уставился на Мерлина. Тот ведь не намекал, что… Люди, вообще-то, не стояли в очереди, чтобы переспать с Мерлином. Там смотреть не на что: кожа да кости, и уши у него дурацкие. В любом случае, Мерлин не стал бы… Артур быстро отогнал промелькнувшую мысль. Потом с трудом сглотнул. 
- Ты ведь не…- он решил, что фраза слишком ужасна, чтобы ее закончить. 
Подняв бровь, Мерлин смотрел на Артура, и только после мучительной паузы ответил:
- Конечно, нет.

Артур немного расслабился. 

- Пока нет, - Мерлин не обратил внимания на то, как поперхнулся Артур, и добавил, - Эалдор не лучшее место для подобных вещей. Я решил, в замке больше повезет.

- Тебе нельзя, - Артур старался говорить небрежно, но, судя по выражению лица Мерлина, получалось очень плохо. 
- Но если тебе можно, - рассудительно возразил Мерлин, - тогда, значит, мне тоже…
- Я ни с кем не спал! – заорал Артур, оставив попытки казаться безразличным. – А если я ничего не делал, то тебе никак нельзя! 
- О, - сказал Мерлин. В одно и то же время он словно развеселился и успокоился. – Ладно, тогда не буду. 
- Договорились! – отрезал Артур. Затем нахмурился, потому что его, кажется, обвели вокруг пальца. – Я…- он откашлялся, – рад, что мы это выяснили.

- Полностью, - ответил Мерлин, и да, он явно смеялся над Артуром. Принц еще некоторое время смотрел на своего слугу, а затем понял, насколько он сам продрог и перепачкался. Жаль, не удавалось обвинить в этом Мерлина. Как бы ни хотелось. 
Развязав тесемки плаща и отбросив его прочь, Артур неровной походкой подошел к стулу и рухнул на него. Упорно игнорируя Мерлина, он сосредоточился на том, чтобы снять сапоги. Артур промок, продрог, устал и все еще очень злился на Мерлина, очень-очень. К тому же чертов сапог не снимался. Принц как раз думал, стоит ли разрезать обувь кинжалом, когда Мерлин неожиданно опустился перед ним на колени, отработанным движением снял сапог и потянулся ко второму. 

В его действиях было что-то привычное и странное. Ведь это же Мерлин, который сотни раз снимал с Артура сапоги, но последние две недели его заменял другой, и Артур только сейчас понял, каким странным был факт замены. Артур позволил себе не отводить взгляда от худощавой фигуры Мерлина, от маленькой складочки между бровей, которые нахмурил ушастик, бережно стягивая грязную обувь. В мерцании свечей лицо Мерлина казалось сделанным из теней и острых углов, мятая темно-синяя рубаха выглядела неопрятной, а волосы, как обычно, торчали во все стороны. Почти против воли Артур протянул руку и пригладил шевелюру Мерлина. Получилось чуть неуверенно, будто Артур забыл, как это – касаться волос Мерлина. Тот поднял глаза, веселье в которых сменилось нежным и искренним выражением. Артур хотел было отдернуть руку, но Мерлин перехватил ее, переплетая пальцы со своими. 

- Я рад, что ты ничего не сделал, - тихо произнес он, и Артур снова подумал, что тут все же задействована магия, ведь образы никак не состыковывались: Мерлин, которого он представлял себе в течение двух последних недель, и человек перед ним, излучающий теплую привязанность. Казалось, пальцы темноволосого юноши просто должны были переплетаться с артуровыми, словно это было правильно. Артур посмотрел на их руки и вспомнил обо всем, что намеревался сказать - о колдовстве, репутации, о том, что Мерлин должен знать свое место – но в итоге не сказал абсолютно ничего. Потом темноволосый юноша заставил принца подняться на ноги. 

- Ты совсем замерз. Давай-ка высушим тебя, а потом я раздобуду ужин. 

Артур согласился, чтобы его выкупали (Мерлин согрел воду, лишь посмотрев на нее). Пока принц мылся и одевался, он впервые за долгое время почувствовал умиротворение. Когда с купанием было покончено, Мерлин подал на стол хлеб, мясо и эль. Ненадолго воцарилась тишина, нарушаемая лишь звоном тарелок и треском дров, пылающих в камине. Артур ужинал, а Мерлин тихонько ходил по комнате, собирая промокшую, грязную одежду. Артура охватило чувство надежности, оттого что Мерлин был рядом, где-то за спиной. Расправившись с едой и питьем, он откинулся на спинку стула, чувствуя удивительный, невероятный покой. 

- Надеюсь, ты съешь луковицу. Я пропалывал ее специально для тебя, - голос Мерлина вывел Артура из задумчивости. Принцу не удалось полностью сдержать улыбку. Теперь, когда Артур согрелся, обсох и наелся, разговаривать оказалось гораздо легче. 

- Я рад, что ты здесь, Мерлин, - сказал он. 

Мерлин замер и посмотрел на него. Артур подумал, что, возможно, всем, с кем он обжимался в темных уголках, не хватало именно подобного взгляда. Больше никто так на него не смотрел. А потом Мерлин улыбнулся настолько искренне и счастливо, что Артур решил - сейчас поцелуи гораздо важнее размышлений на тему, почему и как все случилось. Его намерения были очевидны, ведь стоило Артуру встать и сделать шаг к Мерлину, тот уже обнимал его за шею и целовал, словно хотел сделать это с тех пор, как вошел в дверь. Наверное, Артур тоже хотел. Мерлин не был покладистым, как девушка, не был очаровательным щеголем, как сир Алэйн, но он был Мерлин, и это все, что было нужно Артуру. Упавшие на пол тарелки зазвенели, когда Мерлин, с энтузиазмом поваливший Артура на стол, смел их прочь. Маг на секунду разорвал поцелуй, чтобы оценить размер нанесенного ущерба. Артур снова прижался к его губам, заглушая слова, комкая в кулаках грубую шерстяную рубаху Мерлина. И тот, издав тихий, довольный звук, обнял Артура еще крепче. 

Спустя мгновение, показавшееся очень долгим, Мерлин отпрянул, чтобы перевести дух и посмотреть на Артура. Черные волосы снова торчали во все стороны, щеки раскраснелись, а глаза светились чем-то, что Артур предпочел не узнавать – ведь он, в отличие от Мерлина, не был девчонкой. 
- Мне действительно стоит уезжать почаще. 

Артур, не отводя глаз от Мерлина, вспомнил ужасы последних недель, в том числе кладовые, ломящиеся от добычи, бессонные ночи и бессмысленное тисканье. 

- Заткнись, Мерлин, - ответил он и с нетерпением потащил юношу на кровать. 

***

Уже совсем стемнело, когда Артур начал засыпать, чувствуя тепло и тяжесть лежащего на нем Мерлина. Принц до сих пор не был полностью уверен, что не находится под действием какого-то заклятия. Уж слишком неожиданно он стал чувствовать уют и тепло. А необходимость ворочаться с боку на бок до рассвета наконец прошла. 

- Знаешь, - вдруг пробормотал он, - половина замка все равно будет думать, будто я по тебе скучал. 

- Ну, глупости какие, - ответил задремавший Мерлин, устраиваясь поудобнее на груди Артура. – Ты бы не стал по мне скучать. 

- Конечно, нет, - сказал Артур, умудряясь говорить раздраженно даже сквозь сон (постель стала на удивление удобной). – Но они будут так думать, - он было провел рукой по волосам Мерлина, но понял, что делает, и прекратил. – Это на самом деле бесит.
- Не волнуйся, - Мерлин зевнул и чмокнул принца куда-то в подбородок. – Я скажу, что ты меня бьешь.

Но Артур уже заснул.

Конец.