Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Ностальгия

Почти два года прошло с тех пор, как война закончилась. Два долгих года мирной жизни, к которой было так сложно поначалу привыкать. Потом ничего, втянулась. Медленно, но верно — как в трясину. Меня поглотило топкое болото повседневности. Я уже начала забывать флот, нашу совместную службу. Уже не щемило в груди от воспоминаний, не ныло тягуче и неприятно. Глядишь и вовсе забылось бы все, стерлось постепенно, вытеснилось из памяти: медленно и неохотно, но все же неумолимо. Зачем я только встретила тебя опять?

Был вечер воскресенья. Сухой, по-летнему теплый. Я просто вышла в магазин, купить чего-нибудь на ужин. Прошла знакомой дорогой по тихой безлюдной улочке, свернула к маленькому магазину самообслуживания, повторяя знакомый маршрут. Ветер трепал мои волосы, приводя прическу в беспорядок. После демобилизации они отросли почти до лопаток — теперь я часто забирала длинные темные пряди в хвост. Когда они не мешались под шлемом, не было нужды стричься коротко, я и перестала, только челку подкрашивала по старой памяти. Глупо, наверное, но мне казалось, сине-зеленый оттенок мне идет.

Я нырнула в розоватое пятно света, расплывавшееся от вывески над входом, уже взялась за ручку, и замерла, резко вздрогнув.

— Каин! — донеслось откуда-то сзади.

Я обернулась, реагируя на знакомый голос, на имя, что уже почти два года мне не принадлежало. Обернулась и увидела тебя. Ты стояла возле мотоцикла. Точеную фигуру облегал белый кожаный комбинезон, бесстыдно напоминавший летный костюм и так же выгодно подчеркивающий все изгибы твоего тела. Я медленно отпустила дверную ручку, забыв, зачем я сюда пришла.

— Каин, это и вправду ты!

Я замерла, как вкопанная, перестав дышать, а ты спешила ко мне через стоянку, размахивая рукой до кончиков пальцев затянутой в белую кожу. Зачем ты окликнула меня, Авель? Зачем заставила память проснуться вновь, зачем одним окриком разбередила душевные раны? Они заживали слишком долго, слишком мучительно. Мне было сложно привыкнуть, что все кончено. И когда я, наконец, смирилась, появилась ты. Подбежала, встревоженная и возбужденная, и бросилась ко мне, раскрыв объятия. Я ничего не успела сказать, а ты уже повисла у меня на шее, прижалась ко мне высокой упругой грудью, что мне так нравилось ласкать, уткнулась лицом в плечо и замерла, тихо всхлипнув.

— Эй, ты чего? — спросила я, только это и смогла выдавить.

— Я думала, мы не увидимся больше, — прозвучало в ответ. — Я так рада, что ошиблась.

Ты, наконец, отстранилась и посмотрела на меня. Застыла так близко, что я могла видеть побледневший, но до сих пор не заживший шрам. Зачем я его тебе оставила? Ты давно не моя, а метка все еще портит твое лицо уродливой белой линией.

В бездонных карих глазах, что смотрели на меня со странной тоской, блестели слезы. Мне самой хотелось плакать, в горле встал ком, дыхание перехватило. Я собиралась сказать, что я тоже рада встрече, но не смогла: не хотела тебе врать, но и ранить правдой не посмела.

— Что ты делаешь в этом городе? — спросила я, надеясь, что с дрожью в голосе удалось справиться.

Не хотела, чтобы ты видела мою слабость. Ты запомнила меня другой: сильной, упрямой, наверное излишне прямолинейной и резкой. Я не должна была разрушать эту память. Это все, что у нас осталось.

— Я здесь проездом, ненадолго, — ответила ты, потом добавила виновато, — на рассвете уезжаю.

— А я осела здесь, — призналась я, потом добавила с тоской. — Пробовала искать свое место в мирной жизни, но ничего лучше не нашла. Здесь хотя бы есть работа.

— И что у тебя за работа? — спросила ты, наверное, из простого любопытства, или чтобы поддержать беседу.

Вопросы подобные этому обычно задают бездумно, на автомате. Не пойму, почему их считают приемлемыми, уместными. По мне, звучит не лучше чем: «С кем ты спишь?» По крайней мере, спроси ты о постели, я бы нашлась, что ответить. Пошутила бы, на худой конец. А тут как-то и не пошутишь, наверное.

— Почти та же, что на флоте. Деру плохим парням задницы, — все же попыталась я, улыбнувшись немного неискренне.

Сказать, что я вышибала в баре не повернулся язык. Я старалась найти место получше, но мне дали понять, такие места не для меня. У каждого своя роль — бери, что предлагают, и не жалуйся.

— А я в начале лета сдала последний экзамен в гражданскую авиацию. Осталась пара формальностей, и я — полноценный пилот. Уже и распределение дали. Далеко отсюда, на самой границе с отвоеванными у колтеронцев территориями. Там будет много новых колоний. Пилоты нужны. Так что я решила прокатиться по знакомым местам, — ты показала рукой на мотоцикл. — Кто знает, вернусь ли я сюда?

«Как будто и со мной попрощаться заехала», — подумалось мне с тоской.

— Рада, что ты устроилась, — ответила я, давя желание напроситься с тобой.

Я бы бросила свою нынешнюю жизнь не задумываясь. Послала бы к чертям работу, съемную квартиру, этот хренов магазин, куда я ходила каждый день. Колония — это не так плохо. Я жила в такой дыре, что привыкну к любым условиям. Нанялась бы охранницей в космопорт и встречала бы тебя с рейсов. Ты бы привозила мне с Земли сигареты, или другие приятные мелочи. Мы жили бы вместе, в казенной квартирке, коротая ночи вдвоем. Я бы не смела просить большего, ценила бы каждый день, но я не умоляла тебя взять меня с собой, а ты не позвала.

Меня хватило только на предложение выпить. Ты согласилась, и мы поехали в мою квартиру, прихватив в магазине самообслуживания бутылку вина. Я прижималась к тебе, обхватив тебя за талию, ветер трепал мои волосы, рвал и путал черные пряди, свистел в ушах высоко и монотонно. Мотор ревел, заглушая скрип кожаного комбинезона о седло. До дома было недалеко, но мы дали круг, обогнув соседний квартал, вихрем проносясь по ночным улицам. Мы снова мчались вдвоем сквозь тьму, ты как и прежде, выбирала направление и скорость. «Мне вечно будет этого не хватать», — подумала я, когда мы остановились.

Мы вошли, не зажигая свет, оставив двухколесный транспорт под окнами. Я провела тебя в единственную комнату, перегородкой отделенную от кухни. Попросила не обращать внимания на беспорядок, коря себя за то, что мне не пришло в голову прибраться. Ты махнула рукой и уселась на диван, закинув ногу на ногу небрежным и изящным жестом.

Ты осталась со мной до рассвета, провела со мной ночь и исчезла с первыми лучами солнца. Я еще спала, когда ты выскользнула из-под одеял и ушла, не прощаясь. Меня разбудил звук мотора, ревом прокатившийся по двору. Я вскочила и бросилась к окну, но тебя уже не было. Рокот двигателя затихал, постепенно удаляясь.

Больше мы не увиделись. Я часто жалела, что не попросилась с тобой или хотя бы не спросила номер колонии, куда ты получила распределение, как пилот. Когда я вспоминала нашу последнюю, вроде бы случайную встречу, мне казалось, что ты намерено искала меня. Хотела ли ты что-то сказать или просто со мной попрощаться, так и осталось для меня загадкой.