Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Дождь

Плотное серое полотно накрыло небо непроницаемой тканью. Грозные, набухшие дождём тучи проползали над крышами Шлака, оставляя свои плевки на холодной земле. Дешёвая глина медленно сползала, превращая труды человека в грязные лужи, а продрогшие от ледяного дождя, кирпичи, приобрели чёрный оттенок.

На улице было многолюдно, но все жители были похожи на бездыханные камни — на их лицах не было никаких эмоций. Под хохот миротворцев друг за другом они медленно брели к главной площади.

Зачем они туда направлялись? Неужели этот день наступил?

Я не понимала, что происходит, но продолжала идти за ними, постоянно спотыкаясь о чьи-то ноги. Мокрые волосы липли к лицу, а мамино голубое платье за считанные минуты превратилось в половую тряпку. Мрак пропитал не только воздух. Озябшая душа сжалась в комок. Мне было холодно и очень страшно.

Огромный флаг Капитолия и телевизионщики с камерами, спрятавшиеся под цветные зонтики на крышах, наконец-то развеяли все сомнения. Тонкая струна моих надежд лопнула, как только я увидела хрустальный шар с бумажками, и рассыпалась под похоронную мелодию дождя.

Кто-то оттолкнул меня в сторону. Те, кому есть девятнадцать, не должны загораживать младших, ведь главные герои сегодняшней трансляции – дети от двенадцати до восемнадцати лет. Я оказалась среди поникших и тусклых глаз. Рыжий мужчина скрестил пальцы, не отрывая взгляда от рыжей девочки с милыми веснушками, но многие стояли неподвижно, смотря в пустоту, давно перестав полагаться на удачу.

Когда часы на ратуше пробили два, на сцену вышел наш новый мэр, мистер Кендалл. Лысый мужчина в дорогом костюме начал речь, не меняющуюся уже несколько десятков лет. Рассказ о нерушимости Капитолия звучал словно молитва, только для многих эти строки — вечное проклятие.

— Китнисс!

Пит прорывался сквозь толпу и, добравшись до меня, крепко обнял, словно мы не виделись целую вечность. Его небесно-голубые глаза сияли на фоне этой серой пелены. Но это всё, что он мог подарить мне в этот день. Улыбкам сегодня не место.

— Китнисс, — ласково прошептал он. – Нам пора.

Пит взял меня за руку и потянул к сцене. Толпа попятилась назад, освобождая нам путь.

— Давайте поприветствуем наших счастливых влюблённых, победителей 74-х Голодных игр, — воскликнул мэр.

И без того быстрый ритм моего сердца ускорился, выбрасывая в кровь порцию ужаса. Тело пробила мелкая дрожь. Я не просто свидетель этого кошмара — я его участник. Я ментор.

Мои ноги подкосились, но сильные руки Пита подхватили меня. Он придерживал моё дрожащее тело, помогая подняться на сцену, где нас уже ждал запах фирменного парфюма Хеймитча Эбернети с нотками спирта и аляповатое пятно Эффи Бряк с преобладающими розовыми оттенками.

Нас приветствовали жидкими аплодисментами и равнодушными восторгами, но я не желала наслаждаться этими минутами славы, всё, что мне хотелось — это последовать примеру Хеймитча — забыться, отстраниться, притупить эту адскую боль алкоголем.

Эффи Бряк, неунывающая капитолийка, вышла вперёд к микрофону и произнесла свою фирменную фразу: «Поздравляю с Голодными Играми! И пусть удача всегда будет на вашей стороне!»

— Никакого разнообразия, — пробормотал Хеймитч, плюхаясь на соседний стул.

Он достал из кармана металлическую фляжку и жадно сделал несколько глотков. Я так хотела протянуть руку за этой спасительной жидкостью, но Пит со всей силы сжал мою ладонь.

— Мы нужны им трезвыми, — рассердился он.

Пит, как всегда, был прав. У этих двух ребят, что сейчас выйдут на сцену, есть только мы и наши знания. И если я хочу хоть как-то им помочь, мои мысли должны быть ясными.

Эффи взвизгнула: «Сначала дамы!» и, постукивая высокими шпильками, направилась к хрустальному шару. Она мучительно долго вытаскивала листок и, расправив его, замерла на месте, не отводя взгляда от нас с Питом.

Рута Мелларк, — тяжело выдохнула она и уронила проклятый листочек.

Имя дочери стучало по вискам, пронизывая судорогой всё тело. Я чувствовала, как надо мной образовался невидимый чёрный купол. Он медленно наполнялся ледяной водой, обжигая кожу каплями страха. Мне не хватало воздуха. Я задыхалась.

Нет! Это ошибка! Ей всего пять! Как такое возможно? Неужели последователи Сноу добрались до власти и теперь жаждут расплаты?

Рута шагала навстречу к нам, не понимая происходящего. Тёмные волосы, как всегда заплетённые в две игривые косички, растрепались, а голубые глазки растерянно смотрели на родителей.

Я же тонула в этих глазах, погружаясь в пучину собственных кошмаров. Ледяная вода заполнила рот, болезненно попала в лёгкие. Я захлёбывалась, бессмысленно хватая воздух ртом.

Нет! Нет! Нет! Рута не должна подняться на эту сцену.

— Рута! — закричала я сдавленным голосом. – Беги!

— Китнисс! — Сквозь пелену чёрной мглы пробивались слабые солнечные лучи.

Но я, не обращая внимания на этот свет, медленно проваливалась в темноту. Два миротворца приблизились к Руте — медлить было нельзя. Обезумевшее сердце со всей силы ударило в грудь, эхом разнося в голове имя дочери.

Они не заберут её! Нет!

— Китнисс! — Сильные руки выдернули меня из цепких лап смертельных вод.

Судорожно хватая воздух ртом, я пыталась заполнить истощенные лёгкие кислородом. Всё тело ныло, а страхи, запертые в сознании, бились об клетку, вызывая адскую боль в голове. Из глаз потекли беззвучные слёзы.

— Нет! – Тело дёргалось и вырывалась из крепких объятий. Руты не было видно. Я не успела.— Нет!

— Китнисс, — вдруг я увидела улыбающегося Пита.

— Что ты стоишь? Он хотят забрать Руту, — закричала я во весь голос, глотая слёзы. — Отпусти меня!

— Это был сон! Всё хорошо, милая. Ты дома – Пит обхватил моё лицо своими тёплыми ладонями и посмотрел прямо в глаза. – Мы никому не отдадим нашу девочку. Ты же веришь мне?

Я послушно кивнула, смахивая капли дождя моей души.

Солнечные лучи прорвались в наш дом сквозь маленькую щелочку открытого окна, освещая небольшую, но очень уютную спальню в нежно-оранжевых тонах. Яркие детские рисунки на стенах и ясная улыбка Пита — дождь закончился, Китнисс.

Это был мой очередной кошмар. Теперь, когда мы ждём ещё одного малыша, страхи вновь навещают меня каждую ночь. Я боюсь за своих детей. Они никогда не должны почувствовать боль, которую пережили их родители.

Я прижалась к Питу всем телом, старясь успокоиться. Золотистые волосы пахли корицей и ванилью: Рута опять раскрутила отца на домашние сладости.

— Ты её разбалуешь, — улыбнулась я.

— Подумаешь, — отмахнулся Пит, смеясь. — Как я могу ей отказать? У меня же врожденная слабость к девочкам с косичками.