Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры
Где купить фасадные панели сайдинг Владивосток обшивка дома со скидкой.

Дом, где больше нет нас

      Это был хороший район. Уютные двухэтажные домики выстроились в стройный ряд вдоль неширокой улицы и ютились под высокими деревьями, раскинувшими голые ветки. Последние сорвавшиеся золотистые листья небольшими кучками укрывали влажную землю газонов.

      Сара втянула свежий после дождя воздух и подняла голову. Тяжёлые мрачные тучи, разрядившись осенним ливнем, уже уползали за горизонт, оставляя после себя лениво светившее утреннее солнце на обнажённом бледно-сером небе.

      Поёжившись под холодным порывом ноябрьского ветра, Сара укуталась плотнее в плащ, перехватила объёмный чемодан и ускорила шаг, приглушенно цокая невысокими каблучками.

      — Куда ты так спешишь? Я едва поспеваю за тобой!

      Сара резко остановилась и с досадой на лице повернулась к догоняющей её сестре:

      — Я тебя вообще с собой не звала.

      — Правда? — ехидная улыбка изогнула красиво очерченные губы Матильды, и девушка сложила руки на груди, насмешливо изогнув бровь. — Ты же знаешь, мне приглашение и не нужно.

      Сара вскинулась и хотела что-то возразить, но, взглянув на ухмыляющуюся сестру, махнула рукой и развернулась, продолжая путь.

      — Милый райончик, — протянула Матильда, поравнявшись с Сарой, и с интересом оглядывалась по сторонам. — Мне здесь нравится.

      Вздохнув, Сара поджала губы и искоса глянула на шагавшую рядом старшую сестру. Промолчала.

      Матильда всегда была энергичной и мало обращала внимания на вялость Сары. С самого детства везде пыталась таскать её за собой, прыгала вокруг неё, словно игривый щенок. Младшая слабо отбивалась, но почему-то не могла противостоять обаянию Матильды. Впрочем, никто не мог. Стоило старшей дочери состроить щенячьи глазки, так даже самая ехидная её улыбка казалась чарующе виноватой, а щёчки приобретали нежный персиковый цвет. Сара удивлялась этому её особому умению, и в детстве даже подозревала Матильду в ведьмовстве. Позже Сара тоже пыталась подражать сестре и научиться этому искусству, но отчего-то все её попытки были абсолютно провальными. Кто знает, к чему привёл бы накал страстей, если бы Матильда однажды с миролюбивой улыбкой не сказала, что сама не смогла бы быть настолько честной и совестливой, как Сара.

      Остановившись у дома со стенами тёплого бежевого цвета и окнами, зашторенными плотными светлыми занавесками, Сара задрала голову и окинула взглядом своё новое жилище.

      — Теперь мы будем жить здесь? — буднично, с мимолётной улыбкой заметила Матильда, кивая головой на спящий дом.

      — Я, — мрачно возразила Сара. — Здесь буду жить я, Тиль. У тебя уже есть дом.

      Не глядя на сестру, с укором склонившую голову, Сара подхватила тяжёлый чемодан и потащила его к дому по дорожке, выложенной аккуратными плитками. Остановившись перед простой коричневой дверью, она поковырялась в сумочке, выудила ключи и на мгновение замерла, задумчиво изучая их.

      — Ты всё ещё злишься на меня? — с виноватым видом спросила подошедшая Матильда, опираясь плечом на стену возле двери.

      — Злюсь, — процедила Сара, резко вставив ключ в скважину и несколько раз провернув. После мелодичных плавных щелчков Сара вынула ключ и толкнула дверь. Бросив быстрый взгляд на Матильду, она обречённо вздохнула и вошла в сумрак дома, на ходу обронив: — Заходи уж.

      Со стуком брякнув чемодан на пол, Сара огляделась. У входа одиноко стояла двухъярусная невысокая стойка для обуви. Узкая лестница с фигурными перилами уходила на второй этаж, растекаясь по площадке с тремя комнатами. Слева через открытую дверь виднелась стилизованная под мрамор кухня. Направо за закрытыми двойными дверьми была столовая, но из мебели — только оставленный кем-то старый сервант.

      — О, теперь понятно, почему ты выбрала этот дом, — Тиль зашла следом и, задержав взгляд на серых обоях, повернулась к Саре. — Он ведь похож на наш, правда?

      Сара невесело улыбнулась и кивнула. Ей нравилась такая планировка. Она всегда знала, что если ей придётся уехать из родительского дома, то переедет непременно в такой же. Правда, ей почему-то не приходило в голову, что жить в нём она будет одна.

      Закрыв за сестрой дверь, Сара подтолкнула чемодан к середине комнаты, повесила плащ на гвоздик и, подойдя к окну, раздвинула пыльные занавески. Через мутноватое стекло пробился неяркий солнечный свет и рассеял пугливый полумрак. Матильда обвела взглядом пустующую гостевую и поинтересовалась:

      — А мебель когда доставят?

      — Завтра, — глухо отозвалась Сара, не мигая уставившись на мокрую улицу за окном. Сейчас вид был пустым и скучным — чёрная земля газона, голые ветки дерева. Сара ещё в свой прошлый визит с риэлтором сюда уже запланировала, что весной посадит по периметру кусты, а на самом газоне организует несколько клумб. Дома всегда не хватало цветов — и ей, и Тиль.

      Представив, как весной будет выглядеть её двор, Сара разгладила морщинки на лбу и повернула голову к сестре. Та, нахмурив брови, сверлила взглядом стены.

      — Переклей обои, Сара. Этот цвет не идёт твоему дому.

      — Всенепременно, — засмеялась Сара. Скучный серый цвет тоже ей не понравился и переклейка обоев входила в её первоочередные планы. — Ну, что, начнём уборку?



      …Едкий запах гари надоедливо проникал в ноздри и выжигал слизистую, горьким туманом заволакивал горло и лёгкие. Вокруг всё пылало. Сверкающее пламя отвоёвывало себе всё больше поверхности стен и потолка, ревниво оберегая его своим жаром. В огне слышался яростный смех стихии — он играл с Сарой, дыша на неё душным зноем и мазками обжигая кожу. Высокое пламя взвилось у окна, преграждая путь к спасению.

      Надрывно кашляя, с нестерпимо жгущей болью на руках — там, где достал её огонь цепкой хваткой — Сара зажмурилась от слепящего пламени и, прикрыв лицо сгибом руки, рванулась к двери, перепрыгивая через разгорающийся огонёк у самого порога. Жадный язык пламени злобно обхватил её неприкрытую ночной сорочкой ногу, и Сара закусила губу от зудящей боли на покрасневшей коже.

      Лестница была вся объята огнём, и деревянные перекрытия вот-вот обвалятся. Закашлявшись, Сара пробежала босыми ногами по тёплому полу и толкнула дверь в комнату сестры. И остолбенела от нереальности происходящего. Ей показалось, что эта дверь вела в другое измерение. Или Сару подводят глаза, потому что не может быть такого, чтобы вместо стен колыхался живой огонь, а посреди комнаты, окутанная пламенем, словно кокон, стояла Матильда. Русые длинные волосы взмывали вверх, подгоняемые дыханием огня, и тут же вспыхивали, сгорая до корней. В её зрачках плясало полымя, и Сара вдруг засомневалась, то ли это отсвет окружающего сумасшествия огненного духа, то ли её глаза — это источник пожара, поглотившего дом, а теперь — саму Матильду, которую Сара знала — и не знала — всю жизнь…


      …С глухим вскриком Сара раскрыла глаза и уставилась на испещрённый бледными лоскутами от уличных фонарей потолок. Жадно хватая воздух, она поднялась на постели и прижала руку к груди, унимая сердцебиение.

      В комнату со встревоженным лицом заглянула Матильда, на ходу поправляя задёрнувшуюся длинную футболку, и медленно приблизилась, опустившись рядом с матрацем, который Сара расстелила на полу.

      — Опять кошмары? — участливо спросила она, ловя бегающий взгляд Сары.

      Отвернувшись, Сара промолчала. Ледяной ужас кошмара всё ещё держал её цепкими когтями, и видеть сейчас Матильду, когда мгновение назад сестра прожигала взглядом неистовых кроваво-красных глаз и хищной ухмылкой, — было тяжело и как-то… неправильно. Прикрыв глаза, Сара откинулась на сложенную рулоном простынь, на одну ночь заменившей ей подушку, и глубоко вздохнула.

      — Сара, ты вчера таблетки пила? — с долей недовольства поинтересовалась Матильда.

      Внутренне сжавшись и лихорадочно вспоминая прошедший день, Сара накрыла тыльной стороной руки лоб и отрицательно промычала.

      — Дурында. Доктор Тревор расстроится, что ты не следуешь его предписаниям.

      Раздражённо поджав губы, Сара отвернулась спиной к Матильде и накрылась тонким одеяльцем с головой.

      Обречённо вздохнув, Матильда поднялась и голос её прозвучал настойчиво, но мягко:

      — Сара, вставай. Уже почти рассвет. И… я хочу тебе кое-что интересное показать. Но сначала выпьешь таблетки.

      Сара понимала разумность слов сестры — всё равно бы уже не уснула, да и доктор Тревор настоятельно рекомендовал не нарушать график лечения. Но Матильда…

      Присутствие этого едва уловимого, но вполне ею осознаваемого “Но” дико раздражало Сару.

      “Снова зацикливаюсь”, — мысленно одёрнула себя она и глубоко и медленно вдохнула — как учил доктор Тревор. Откинув одеяло, Сара осмотрелась — в комнате, в которую робко заглявала предрассветная заря, Матильды уже не было. Покряхтев, Сара поднялась на ноги и потянулась, разминая сонные мышцы.

      Когда она, накинув халатик, спустилась на первый этаж, Матильда обнаружилась возле входной двери. Натягивая куртку, она лучезарно улыбнулась Саре и бодро сообщила:

      — Жду тебя на улице.

      Недоумевая, что такого интересного сестра могла там найти, Сара заскочила на кухню, проглотила лекарства и, на ходу впрыгнув в свои ботинки, вышла наружу.

      Город ещё спал. Серо-голубое небо не хмурилось, открыто демонстрируя чистоту своего пространства и обещая солнечный день. Тёплое дыхание Сары клубилось в почти морозном воздухе ноябрьского утра, и она плотнее запахнула полы своего халата.

      Умиротворяющую тишину двора прервал далёкий шёпот Матильды:

      — Сюда.

      Повертев головой, Сара увидела выглядывающую из-за угла дома довольную мордашку сестры. Приложив палец к губам и взмахнув копной русых волос, она исчезла за домом, и Саре ничего не оставалось, кроме последовать за ней.

      Матильда сидела на корточках спиной к Саре возле входа в подвал и за чем-то пристально наблюдала. Приблизившись, Сара заглянула сестре за плечо. В самом углу между стеной дома и примыкающей к ней возвышенности с подвальной дверью спал котёнок. Грязно-рыжая шерсть сбилась в клок, тонкий облезлый хвост трогательно обвил лапки. Завороженно созерцая маленький несчастный комочек тепла, Сара осторожно сделала шаг ближе и присела рядом с Матильдой.

      — Ты, кажется, верила, что случайности не случайны? — хитро сощурилась Матильда, обратив к Саре взор смеющихся зелёных глаз. — Мне кажется, в твоём доме ему найдётся место, как считаешь?

      В ответ Сара счастливо улыбнулась и, протянув руки к котёнку, аккуратно подхватила его и уложила к себе на колени. Маленький рыжеватый комочек шевельнулся, сверкнув сонными медными глазами, и непонимающе мяукнул.

      — Солар. Я назову его Соларом, — не отводя глаз от мелко дрожащего котёнка, прошептала Сара.

      — “Солнечный”? Это хорошее имя, — склонила набок голову Матильда, улыбаясь одними уголками губ.

***

      Свежевыпавший снег приятно хрустел под сапожками. С высоких фигурных уличных фонарей жёлтый свет матовым покрывалом ложился на снег, отблёскивая яркими искринками. Сара шла не спеша, наслаждаясь предрождественской атмосферой, которую создавал снег и сияющие лица случайных прохожих.

      Остановившись у одного из магазинчиков, Сара заглянула в приветливо светяющуюся витрину и сверилась с наручными часами. Раздосадованно вздохнув, она робко оглянулась и, заприметив неподалёку пустующую деревянную лавку, с приободрившимся видом устремилась туда. Смахнув снег, Сара присела на краешек скамейки и неосознанно поковыряла носком сапожка небольшой сугроб под скамьёй. Подняв голову навстречу снежинкам, она зажмурилась от ощущения лёгких влажных прикосновений на лице — невесомых, словно поцелуи.

      — Не замерзнёшь?

      Сара от неожиданности подпрыгнула на скамейке и испуганно уставилась на доброжелательно улыбавшуюся сестру.

      — Да вроде не собираюсь, — младшая отдышалась и откинулась на спинку, запрокидывая голову и жмурясь снова. — Не так уж и холодно.

      Матильда хмыкнула, бесшумно присела рядом и с наслаждением вытянула ноги.

      — Давно тебя не было видно, — протянула Сара, прищурившись и искоса взглянув на Матильду.

      — У меня всё в порядке, если тебя это интересует.

      — Насчёт этого я совсем не волнуюсь, поверь, — хохотнула Сара, на что сестра обиженно надула губки и демонстративно отвернулась в другую сторону, бросив ворчливое “Вредина”.

      Саре всегда нравилось слушать. Она закрывала глаза и вслушивалась в окружающие звуки, раскладывая их на составляющие. Шуршание укатанного снега под колёсами машин и поскрипывания под подошвами прохожих; звонкие и оживлённые голоса и радостный смех людей, спешащих домой; звон колокольчика над дверьми ближайшего магазинчика; тихий шелест ветра, играющего с падающими снежинками. В мелодию декабрськой песни тихим аккордом вплёлся задумчивый голос Матильды:

      — Ты ведь помнишь, что завтра родителям два года?

      Сара вздрогнула, ощущая, как смазывается пойманное ею волшебство и резко повернулась к сестре.

      — Ты пойдёшь к ним? — В ожидании ответа Матильда внимательно всматривалась в растерянные глаза Сары.

      — Я… — Сара сглотнула внезапно подскочивший к горлу ком и отвела глаза. — Я ещё не могу.

      — Жаль. Им было бы приятно.

      Сара нервно поёрзала на скамейке и отвела рукав плаща, проверяя время.

      — Ладно, прости. Не буду тебя подгонять, — примирительно выставила ладонь Матильда. — Так значит, мистер Штайнгер до сих пор продаёт после семи вечера пирожные со скидкой?

      Сара смущённо кивнула.

      — И ты сидишь тут целых полчаса только для того, чтобы получить скидку в доллар? — удивлённо вскинула брови Матильда.

      — Ага. Потому что доллар с одного пирожного.

      Матильда с плохо скрытой завистью посмотрела на младшую сестру.

      Чем Сара всегда гордилась — сколько бы сладкого она не съела, на фигуре это никак не сказывалось. Матильда же всегда ограничивала себя в еде, чтобы снова не стать пышкой, какой она была в детстве. Иногда Сара из побуждений мести демонстративно поедала торты, испечённые мамой, в то время, как Матильда с нервно дёргающимся глазом спешно покидала столовую.

      Согнав с лица выражение негодования, Матильда криво улыбнулась:

      — Значит, у тебя наконец восстановился прежний аппетит?

      — Да. Знаешь, во многом помог Солар, — Сара мечтательно подняла глаза к верху и улыбнулась. — Он так жадно лакает молоко и с таким упоением уплетает корм! Просто заразил меня своим жизнелюбием. Хорошо, что ты его нашла. Спасибо.

      Матильда в ответ только добродушно улыбнулась, сверкнув темнотой зелёных глаз.

***

      У Матильды сегодня был день рождения.

      У них с сестрой уже стало традицией дарить друг другу на дни рождения книги. Это даже стало своего рода состязанием — найти книгу с самым интересным и необычным сюжетом. Любовь к книгам привила им бабушка, владеющая невероятной домашней библиотекой. Когда Сара и Матильда приезжали к бабушке, они, едва чмокнув её в щеку, сломя голову бежали в библиотеку и хватали книги всегда с разных концов полок. Бабушка же только тихо посмеивалась, готовя для внучек вкусные оладьи с малиновым вареньем.

      Когда бабушки не стало, сёстры уговорили родителей перевезти книги к ним домой. Сотни книг нашли своё новое место среди полок в гостевой, столовой, комнатах Сары и Матильды, а те, что не поместились — высокими кипами были сложены у рабочих столов.

      Делясь впечатлениями от прочитанных книг, Сара и Матильда мечтали, что будут жить вечно. Ведь тогда можно столько книг прочитать, столько всего узнать, побывать во многих мирах и познакомиться с самыми разными личностями!

      Книгу для Матильды Сара нашла ещё вчера, обежав с десяток книжных магазинов. Детская книжка — переиздание с новыми иллюстрациями книги, которую одной из первых прочли сёстры, едва научившись читать — каждая в своё время.

      Выйдя из такси, Сара прошла размеренным шагом к высокой калитке и со скрипом отворила её. Как для середины февраля была непривычно весенняя погода. Снег уже давно сошёл, и солнце приятно согревало бледные щёки Сары. Не спешно идя по выложенной брусчаткой дорожке, Сара оглядывалась. Здесь всегда царила величественная тишина. По крайней мере, так ей казалось. И даже ветер сохранял почтительное спокойствие, лишь слегка трепая ветви редких деревьев.

      Проходя мимо каменных памятников, венчавшихся белым крестом, Сара остановилась у одного — с именем её сестры.

      Нагнувшись к плите, она аккуратно положила перетянутую яркой лентой книжку и дрогнувшим голосом прошептала:

      — С днём рождения, Тиль. Прости, что раньше не приходила.

      Выпрямившись, она немного помолчала, и затем снова продолжила — уже уверенней:

      — Хотя доктор Тревор настоятельно рекомендовал. Кстати, пару дней назад я завершила курс лечения. Через полгода, правда, должна к доктору ещё раз явиться на осмотр. Просто для уверенности, что со мной всё в порядке.

      Сара умолкла, словно ожидая ответа. Прислушавшись к тишине кладбища, она осторожно оглянулась, ожидая увидеть тень Матильды — и в то же время боясь этого. Но кроме белых крестов и голых деревьев здесь было пустынно. Вздохнув, Сара опустила голову и едва слышно пробормотала:

      — Интересно, если бы я не сказала доктору о том, что вижу тебя и он не назначил бы лечение… Была ли бы ты до сих пор со мной? — резко спохватившись, Сара вскинула голову и с горькой улыбкой добавила: — Но я знаю, что всё это время это была не ты. Как говорил доктор Тревор, моё собственное подсознание защищалось от стресса и создало из моих воспоминаний копию тебя. Правда, удивительно?

      Сара немного привыкла к тому, что ответа на её вопросы или реплики не следует в последнее время. Лечение дало эффект уже на середине курса, и Матильда — “Нет, это была не она” — стала появляться всё реже.

      — Но кое в чём твоя копия была права. Мне действительно стоит навестить родителей, — Сара завела за ухо выбившуюся лёгким ветром прядь, и оглянулась. — Они ведь совсем рядом.

      Бросив последний взгляд на холодный кусок камня, Сара слабо улыбнулась и неторопливо двинулась вглубь безлюдного пристанища мёртвых.