Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

shut up and hug me

Когда лето перестаёт быть таким тёплым, солнечные лучи — такими щекотными, а где-то на задворках сознания появляется тихое беспокойство из-за неумолимо приближающейся осени, нарастающее с наступлением каждого нового августовского денька, Лу Хань задумывается: с каких пор ему интересны безумно странные люди в плотных джинсовых шортах и с почти таким же приятным, как солнце в начале июня, взглядом? И не слишком ли много эпитетов для обычного незнакомца? Хотя обычным его назвать очень трудно, но на улице слишком жарко, чтобы попытаться аргументировать своё решение, а тем более хоть как-то объяснить временное помешательство.
"Голову напекло, что ли".
Просто Лу Ханю так кажется. Возможно, когда наконец пойдёт дождь и остудит душный город, всё разрешится само собой, а пока остаётся обмахиваться странным веером с Хэлло Китти, давиться тёплой пэпси и надеяться, что это выглядит чуть менее странно, чем пар, идущий из кружки парня, стоящего в тени дерева рядом с остановкой. Летом горячие напитки — это как фруктовый лёд зимой или сразу формочку со льдом закинуть в рот.


Кажется, головушку и в самом деле напекло. Хань не знает, почему всё именно так, как оно есть сейчас, в его голове полно ненужных мыслей и вопросов, плюс абсолютный кавардак. А это совершенно ему несвойственно. Лу Хань видит этого парня впервые, но уже хочет знать, как зовут его бабушку, какая у него группа крови, любит ли он кимчи с огурцами и ещё уйму повседневной информации. Он почти стучится головой о стеклянный щит остановки позади себя.
"Это ну офигеть как странно".

Есть шанс, что он сядет на тот же автобус, что и Лу Хань, так как все остальные давно проехали, а паренёк до сих пор терпеливо ждёт. Выхлопные газы машин, палящее солнце и влажный воздух заставляют желать нужный автобус всё сильнее. Хотя в этом ожидании на остановке есть кое-что хорошее. И это кое-что сейчас сжимает тонкими пальцами стаканчик кофе, который, кажется, почти остыл, но паренька явно больше беспокоит количество проезжающих машин и скутеров для доставки еды. Если, конечно, судить по тому, как двигаются его губы, когда в поле зрения появляется очередная машинка с огромными наклейками по всему корпусу.

Нужный автобус подъезжает к остановке, и Хань некоторое время думает, должен ли он сейчас зайти побыстрее, чтобы занять место рядом с незнакомцем. Подсознание выдаёт ему не слишком внятный ответ: "Ну… Эм… Я не знаю… Наверное... Да?". Банка пэпси придавливает в мусорке бумажный стаканчик паренька, а Лу Хань буквально запрыгивает в транспорт. Паренёк тем временем садится у окна на одно из свободных (к слову, двойных) мест. Когда автобус резко трогается, Хань чуть ли не плюхается рядом и начинает усердно рассматривать проплывающие мимо окрестности, изредка бросая косые взгляды на парня рядом с собой и отмечая приятный запах цитрусовых.

До нужной остановки ехать ещё минут двадцать. И на это время Лу Хань погружается в размышления по поводу "кофе в двадцать восемь градусов по цельсию", "я бы выбрал хлопок для такой погоды, жарко же всё-таки", "кажется, я и правда не в ладах с головой".


Ехать в полупустом автобусе, воруя музыку, доносящуюся из наушника сидящего рядом, так успокаивающе-приятно. Тем более, если собственный плеер разрядился ещё утром. Тем более, если это что-то ещё более чарующее, чем новый альбом One Republic. Тем более, если слышишь едва уловимое мычание на припеве и обрывки английских фраз с лёгким корейским акцентом.


I will try... to fix you


Определённо, Лу Хань знает эту песню. Она слишком спокойная и убаюкивающая для вечно спешащего города и суетливых людишек. На эти три минуты он забывается, откидываясь на спинку сидения и вслушиваясь в слова. Примерно половиной своего душевного спокойствия Лу Хань обязан парню рядом, потому что... просто потому что. Наверное, из-за постоянной учёбы у него не было времени как следует отдохнуть. Зато сейчас он чувствует, как давшая о себе знать усталость и накопившееся напряжение уходят, сменяясь лёгкостью и умиротворением, отчего хочется в благодарность обнять незнакомца.


"I will try to fix you"


Последняя фраза песни оказывается пропетой пареньком чуть громче, чем все остальные. На следующие пару-тройку-может-чуть-больше минут Лу Хань впадает в дремоту, а когда открывает глаза, то не сразу вникает в происходящее. Картинка в его подсознании проясняется, до парня доходит, что свою остановку он уже проехал. Тревожный звоночек в голове Ханя вот-вот зазвенит, но знакомые аккорды "Christmas Light" снова вводят в транс. За это время лишь одна мысль проносится в его голове: "Какой человек в августе будет слушать рождественские песни? Опасно всё это. Вдруг ещё фетиш какой-нибудь на подобные странности появится".



Транс длится ровно до следующей остановки, на которой нужно было выходить.
Не ему.
А парню с соседнего места.
Лу Хань заметно загрустил после его ухода, однако это заставляет вспомнить, что нужная остановка осталась далеко позади.


(А ещё, наверное, Лу Хань никогда не узнает, что тот самый незнакомец тоже не вышел на нужной остановке просто потому, что беспокоился за заснувшего соседа и даже пару раз спас его от встречи с грязным полом транспорта, легонько придержав за предплечье)




Джинсовые шорты и приятные вибрации голоса забываются не слишком быстро, лишь на время уступая место беспокойствам о возвращении в университет, практике до полуночи, скрипе зубов его соседа — к слову, тоже с вокального факультета — в три ночи и предложении выкинуться на асфальт с балкона.


Как и ожидалось, сосед встречает его прищуренными глазами и скрещенными на груди руками.

— Ты же будешь послушным мальчиком? — с порога начинает Бэкхён.

— С каких пор ты такой пошлый? — демонстративно ёжится Хань.


В общаге все готовятся к посвящению новичков, но Лу Хань слишком занят возобновлением собственных знаний, полученных в прошлом году. Бэкхёну удаётся вытащить друга из комнаты ближе к вечеру; встретившийся им Минсок странно хихикает, обещая хорошенький приём первокурсникам. Лу Хань мысленно радуется, что не родился позже, потому что Минсок выглядит до мурашек на коже зловеще, хотя раньше он не замечал за ним такой ненависти к будущим поколениям.



Заливая в себя "хорошо-хорошо, я выпью, но только один, ясно?" стаканчик пунша, Лу Хань измученно опускается по стене и оседает на полу. Приветственная вечеринка только началась, а ему уже хочется закрыться в комнате подальше ото всех. Ужасная музыка так давит на мозги, что хочется надрать зад диджею. Он уже в третий раз на подобной вечеринке и очень устал слушать очередные миксы Wonder Girls, или Spice Girls, или Girl's Generation, или любую другую группу, в названии которой есть хоть малейший намёк на то, что она женская.


Он бы скорее согласился пересмотреть "Танцующих под дождём" в двенадцатый раз или "Грязные танцы" с Бэкхёном и запасом бумажных салфеток (для друга) в двадцатый, чем терпеть всё это ещё хотя бы две минуты. Этих минут хватит ровно на то, чтобы выйти из зала.

За время, проведённое в углу с пустым стаканчиком и горстью чипсов, Хань успевает вдоволь насмотреться на показушное представление лунной походки какого-то новичка, посчитать количество конверсов, заметить где-то в толпе странные клетчатые шорты и вспомнить о парне с остановки.


На то, чтобы по-тихому смыться, остается меньше минуты, поэтому Лу Хань, не теряя ни секунды, поднимается и уходит, а потом осознает, что из него фиговый мастер ухода по-английски, потому что ключи от комнаты всё равно у Бэкхёна, и, судя по тому, как он загорелся идеей поиздеваться над первокурсниками вместе с Минсоком, вернётся он ближе к утру… в лучшем случае.
О худшем Лу Хань думать не хочет.



В холле он замечает те самые шорты в клеточку, и ему кажется, что теперь у него и правда есть что-то вроде фетиша, ну, или пунктика.



Стоя спиной к Лу Ханю, парень изучает стенд с "полезной" информацией, но, как только он поворачивается, Хань тихо охает.


В голове автоматически включается мелодия из автобуса.
Когда незнакомец замечает Лу Ханя, его лицо на миг становится удивлённым, но уже в следующее мгновение он легко ухмыляется и не спеша идёт к китайцу.



— Как спалось? — протягивает руку тот. — Я До Кёнсу.

— Лу Хань, — пожимает руку парень и чуть вздрагивает от прикосновения.


Рука Кёнсу до неприличия холодная, как будто в карманах его шорт мешочки с ледяной водой, как будто его организм внезапно перестал вырабатывать тепло, как будто Кёнсу и не человек вовсе, а кусок изящного фигурного льда прямо из Антарктики.



Лу Хань медленно отпускает руку корейца, надеясь, что подарил ему хоть немного тепла, но, когда тот делает пару шагов в сторону кипящего веселья и музыки, он как бы случайно упоминает про заговор против новичков. Он не хочет, чтобы на Кёнсу вылили ведро пунша или пригласили участвовать в конкурсе вроде "мокрая майка", который устроил в прошлом году один суперпопулярный выпускник.



Поэтому они располагаются на одном из балконов общежития. Там Лу Хань узнаёт, что До приехал из Тэгу учиться на вокальном.

— Кстати, это было очень даже... недурно?

Кёнсу сразу понимает, о чём он говорит, и заливается звонким смехом. Лу Хань изо всех сил держится, но через пару секунд сдаётся и тоже смеётся, хотя и не до конца понимает, почему они это делают.


Разве чудачество передается воздушно-капельным путём?


Наверное, оно всегда в нём было.



Сначала они задают друг другу странно-повседневные вопросы (группа крови А, Хань узнал), а после, когда речь заходит о музыке, они начинают обмениваться строчками из песен. Стоит Кёнсу спеть что-то отдалённо напоминающее Las Ketchup, как Лу Хань легонько ударяет его по плечу и опять смеётся, за что получает в ответ несильную затрещину.

В груди у Ханя поселяется чувство, что они друзья детства, и поэтому он позволяет себе растрепать хорошо уложенные волосы Кёнсу. В отместку, Кёнсу разделяет чёлку парня посередине и, любуясь проделанной работой, приглаживает ее ладонями.



— Я подарю тебе галстук-бабочку на какой-нибудь праздник, — хмыкает Кёнсу и, вставая с нагретого места, протягивает Ханю руку.


Парень снова касается холодной кожи До. Она холодная до неправильности, и это немного пугает, но скорее из-за мыслей, назойливо вьющихся у Ханя в голове.

"Я хочу согреть тебя"

"Почему тебе холодно?"

"Я достаточно теплый для тебя? Хочешь, обниму?"



Мысли так и остаются не озвученными, а с губ срывается лишь:

— Интересно, а продаются грелки размером с человека?

Кёнсу удивленно вскидывает брови и легонько щипает парня где-то в районе рёбер.

— Тогда ты должен подходить по параметрам, разве нет? — шипит он сквозь зубы, но в голосе не слышно злобы, только... озорство?

— О, так значит, 36,6 градусов уже недостаточно хорошо для тебя? — усмехаясь и в шутку разводя руки, спрашивает Лу Хань.


Кёнсу улыбается и щурит глаза, и Ханю кажется, что это — самое милое из всего, что он когда-либо видел. А когда До делает шаг вперёд и оказывается прямо в его объятиях, старшему хочется, чтобы сердце было где-то подальше от уха Кёнсу, потому что "чёрт, это вообще нормально, что оно так колотится?"

— Как-то всё слишком быстро... — растерянно бормочет Хань.

— О, просто заткнись.