Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Пожар или схватка без магии.

В Магнолии уже давно стемнело и город казался таким темным и загадочным. Фонари уже давным давно горят на улицах освещая грязный асвальт. Вдоль фонарей стояли деревья у которых были свои собственные тени. Людей и магов уже давно нету на улицах, они крепко спят в своих мягких постелях.
В полумраке гильдии Хвост феи виднеется силуэт который тихо идет к своей цели. Этот человек подходит к доске с заданиями и вырывает первый попавшийся. Этот человек - Кана Альберона. Она всегда приходила в такой поздний час и брала задания. Хотите спросить почему? Потому что у нее скоро отбор на мага высшего класса, и как то надо к ниму готовится.
Послышался шорох и Кана резко спряталась за барную стойку. Мало ли что! Кана выглянула из своего укрытия и не на шутку изпугалась. К ней двигался силуэт который освещал Канделябр на потолке. И этим силуэтом оказался Лаксус Дреяр собственной персоной.
- Выходи, я тебя видел, Кана!- прикрикнул Дреяр.
Кана сдалась с поличным. Выйдя из своего укрытия, она посмотрела на Лаксуса с вызовом.
- Я давно уже знаю что ты вот так берешь задания,- спокойно произнес он,- И догадываюсь почему,- Вот только я так могу брать задания, и уж точно не ты!
- Да, да,да - вызов брошен второй раз.
- Альберона, ты что думаешь что сильней меня?!
- Все может быть,- загадочно произнесла Кана.
В серых глазах Лаксуса вспыхнули недобрые огоньки.
- Докажи.- Его лицо сделалось напряженным и жестким.- Здесь и сейчас. Докажи, что ты готова к настоящиму заданию. Докажи, что ты и без своих карт и магии сможешь одолеть меня. Ведь не только магии нас учили в Хвосте феи, но и физическими навыками.
Глаза Каны сузились.
- Я не обязана доказывать что- либо тебе, Лаксус Дреяр. Возможно, мне и придется доказывать что ни будь на выборе мага высшего класса. Но твое мнение меня, признаться, совершенно не волнует.
Он шагнул к Кане. Между ними осталось расстояние не больше нескольких дюймов. Лаксус обольстительно улыбнулся.
- Я так готовился, на стенах повесил мечи, кинжалы и все что душе угодно. Неужели тебе не интересно ?- Его голос стал мягким и глубоким.
О нет, ей было любопытно... Ей нравилось смотреть на его стройные бедра, на ловко сидящие на этих бедрах джинсы, пояс который был опущен слишком низко...
- Нет,- бросила она.
- А вот я сомневаюсь в этом. Разве те не хочешь узнать, кто из нас ловче, и кто сможет первей добраться к желаемому на конкурсе мага высшего класса?
Кана прекрасно знала, кто из них лучший, но ей не нравилось, что Лаксус так дерзко ведет себя и задирает её. Вот если бы он все свои силы отдавал гильдии...
В последнее время Кана могла с уверенностью сказать , что она тоже чего- то стоит. И эта уверенность наполняла ее гордостью. Да, разумеется, Лаксус был лучшим в гильдии. Но она была не хуже.
Дреяр прекрасно понимал, о чем размышляет Кана. На его лице появилась насмешливая улыбка.
- Я бросаю тебе вызов.
Кана почувствовала, как в ее груди вспыхнуло пламя. Она не позволит этому высокомерному легкомысленному красавчику так обращаться с собой. Он не имеет права смеятся над ней.
Подбородок Каны приподнялся, глаза впились в лицо Лаксуса
- Что ж, розетка перегоревшая. Ты получишь, что хочешь.
Сначала они дрались на саблях, которые любезно специальна для соревнование притащил Лаксус. Это оружие выбрала Кана, немало озадачив Лаксуса. Впочем, Кана отдавала себе отчет в том, что на саблях она может сражаться, пока полна сил.
Хотя Лаксус и дразнил Кану, провоцируя ее на схватку, он тем не менее удивился, когда она приняла его вызов. Раньше их словестная перепалка заканчивалась тем, что Кана хмурилась и замыкалась в себе.
И вот ему предстоит сражаться на саблях с девушкой. Господи, если бы только его дед видел, что он вызвал на бой девушку! Лаксус ухмыльнулся и взял из рук Каны протянутую к нему эфесом саблю. Рукоядка приятно холодила ладонь. Кана заняла оборонительную позицию.
- Когда проиграешь, слабачка Кана, не огорчайся слишком сильно,- продолжал он дразнить ее .- Я никому не скажу об этом.
Ее глаза сузились.
- Хватит болтать, Дреяр.
Что ж, сейчас она увидит, как он владеет этим оружием. Лаксус шагнул вперед и со свистом разрубил саблей воздух. Кана приподняла верх свой клинок, и Лаксус заметил, как расширились ее глаза. Она почувствовала, какую силу он вкладывает в удар.
Эта схватка не была показательной и красота движений не играла ни какой роли. Кна двигалась не вероятно быстро, и маневры ее отличались замысловатостью, но физически она уступала своему противнику.
Лаксус собирался просто как следует напугать и проучить Кану. Его атака заставит ее отступить, и она сдастся. Пусть посинеет от страха... Внезапно он пожалел девушку.
Пока Лаксус предавался размышлению, Кана смогла изловчиться и выбить саблю из рук Дреяра. Клинок описал в воздухе полукруг и со свистом упал на деревянный пол. Лаксус замер на месте, открыв от удивления рот.
Сейчас ей следовало отступить назад и снова занять оборонительную позицию. Но Кана стояла на месте, не шеверясь и опустив свою саблю. Ее грудь быстро поднималась и опускалась. Она зделала это, она смогла победить Лаксуса. Лаксус же вкладывая в свои удары мощь и силу, он не давал ей малейшей поблажке, он не посмотрел на то, что она девушка. Почему - то от этого Кане стало очень грустно и больно.
- Полагаю, этого достаточно?
Он провел рукой по своим светлым блестящим волосам и ухмыльнулся. На мгновение блеснул ослепительный белый ряд зубов.
- Что с тобой, слабачка Кана? Боишься, что в следующий раз уступишь мне победу?
Кана почувствовала, как снова закипает кровь. Она приподняла свою саблю и с силой метнула ее в обидчика. Сабля сверкнула в воздухе и вонзилась в стенку прям у Лаксуса между ног.
Он отпрыгнул вперед, инстикнивно прикрыв руками пах.
- Господи боже мой! Ты сошла с ума?!
Кана посмотрела на Лаксуса, и ее губы дрогнули. Ее лицо приобрело то самое выражение, которое было свойственно его деду, Макарову. Она прекрасно знала , что Лаксус терпеть не мог это выражения лица деда, и поэтому долго тренировалась перед зеркалом, имитирую это выражения лица. Добившись совершенного сходства, Кана с удовольствием стала демонстрадировать свои достижения Лаксусу, чем иногда доводила его до бешенства.
Вот и сейчас, увидев эту приподнятную бровь , он почувствовал, как кровь прилила к щекам. Лаксус нагнулся и вытащил саблю из стены.
- Теперь моя очередь, слабачка Кана.Он стал медленно к ней приближаться, его глаза не отрываясь смотрели в ее глаза. И Лаксус увидел в ее глазах страх и еще что-то вроде ненависти или желания мстить.
Но чем-то его притягивали эти большие и блестящие глаза.
Он подошел к ней так близко, что даже уловил запах ее волос. Что бы это могло быть? Лаванда? Кана даже не шелохнулась. Она продолжала стоять на месте и смотреть на него.
– Я выбираю… – Он перешел на шепот, останавливаясь рядом с ней.
К его удивлению, Кана не пошевелилась, выражение ее лица оставалось все таким же холодным и отчужденным. Большинство девушек, с которыми Лаксус имел дело, обычно при подобных обстоятельствах начинали хихикать или смущаться. Кана же, как оказалось, была сделана из более прочного материала.
Она заставила себя успокоиться, ей не стоило показывать своего волнения.
И все же где-то очень глубоко внутри себя Кана ощущала беспокойство. Это было даже похоже на панику. Близость Лаксуса заставляла ее сердце биться быстрее. С этим она ничего не могла поделать. О, как ей хотелось протянуть руку и убрать с его лба этот блондинистый локон!
Надо немедленно прекратить витать в облаках, решительно приказала себе Кана.
– Ты не закончил предложение, Дреяр, – проговорила она нарочито бесстрастным тоном. – Впрочем, чему тут удивляться, дракоши слишком изнеженные существа, они теряются в сложной обстановке. Да и соображают неважно. Их ведь не к этому готовят!
Один уголок его рта дрогнул и приподнялся вверх. Кана даже подумала, что сейчас Лаксус рассмеется. И тут выражение его лица вдруг сделалось хитрым и насмешливым. Перед Каной стоял коварный соблазнитель, разбивший сердце не одной девушке. И только на нее не действовали его чары. По крайней мере внешне Кана выглядела спокойной.
– У меня есть идея, – сказал он. – Почему бы нам не попробовать вот это? – Лаксус наклонившись к барной стойке достал шести футовую дубинку с железным наконечником не потятно как она там оказалась. – А? Что скажешь?
Отойдя на пару шагов, он взмахнул дубинкой. Не успела Кана вооружиться точно таким же оружием, как дубинка Лаксуса со свистом пролетела над ее плечом, слегка задев его. Кана отшатнулась в сторону.
Внезапно она почувствовала, что ее рука онемела. Силы вдруг оставили ее, ей не удастся отразить удар Лаксуса. Она быстро присела, слегка наклонилась вперед и нырнула под вытянутую вперед руку противника и обежала вокруг него.
Разумеется, она не упустила возможности схватить дубинку и стукнуть его по коленям. Лаксус потерял равновесие и споткнулся. Он, конечно, не упал, но такой удар для него оказался неожиданностью.
Кана пожалела, что не ударила его сильнее. И тем не менее его замешательство позволило ей перейти в атаку. Хотя ее рука по-прежнему болела и в ней все еще ощущалась немота, Кана смогла поднять дубинку.
Надо признать, Лаксус очень ловко управлялся с этим видом оружия.Кана понимала, что не выиграет этот бой. Такое оружие вообще было не для нее. Любой противник с руками подлиннее и повыше ростом мог победить ее. А таких, следует отметить, было большинство.
Поэтому ей оставалось лишь одно – измотать своего противника, заставить его совершить ошибку, а затем воспользоваться ею. Вот она отразила несколько ударов. У нее все получится, только нужно быть осторожней…
Неожиданно Кана почувствовала, что ее спина уперлась в стенку. Черт возьми!
Она упала от неожиданности. Она проиграла этот бой. А Лаксус наклонился над ней и слегка стукнул ее дубинкой по ягодицам.
– Счет сравнялся. Очко в мою пользу.
Кана села. . Ее гордость была ущемлена, и в ней нарастала волна гнева.
– Ну что? Сдаешься, Слабачка?
Лаксус стоял, опираясь на свою дубинку, и довольно ухмылялся. Кана тяжело дышала, ее грудь быстро поднималась и опускалась. Она посмотрела на своего противника. Дыхание Лаксуса было ровным и спокойным, словно ничего не произошло.
«Сука!» – выругалась про себя Кана.
Кана вдруг решила, что пора заканчивать с этим представлением. Пусть она проиграла. Какое это имеет значение? Такие, как Лаксус, всегда оставляют последнее слово за собой. Власть никогда не проигрывает. Особенно если эта власть принадлежит человеку с привлекательной внешностью.
Однако Кана претило подчиняться такому положению вещей. Она не хотела сдаваться. Почему она должна ему уступать? Потому что он внук мастера? Возможно, на этот раз удача улыбнется именно ей.
– Теперь моя очередь, – сказала она и направилась к крюкам в стене которые специальна для боя прикрипил сам Лаксус, на которых висело оружие. Они уже дрались на саблях, они попробовали дубинки. Кинжалы были тупыми. Единственным острым оружием оставались ножи. Кана взяла в каждую руку по три штуки, как фокусник в цирке. Этим оружием она владела в совершенстве,в детстве она много упражнялась.
Она повернулась к Лаксусу и кивнула ему. Руки с ножами она спрятала у себя за спиной.
– Сделай шаг влево, пожалуйста.
Он не шелохнулся. Его брови приподнялись вверх и сомкнулись у переносицы.
– Как хочешь!
Ножи мелькнули мимо Лаксуса с невероятной быстротой. Послышался звук, похожий на стук града по крыше, – ножи один за другим воткнулись в стену. Когда в воздухе сверкнул последний нож, Лаксус вдруг ощутил, что у него по спине пробежал холодок. Что ж, Кана не промахнулась, отметил про себя Лаксус. Он медленно обернулся назад и обнаружил, что стоит под мишенью, утыканной ножами.
У Лаксуса быстрее застучало сердце. Кана никогда не промахивалась. Лаксус знал об этом, но страх еще не отпустил его. Маленькие острые ножи, торчавшие в стене, очертили его силуэт.
Лаксус медленно подошел к стене. Его глаза не отрываясь смотрели на стену, утыканную ножами.Кана молчала, а Лаксус стоял и смотрел на рукоятки ножей, которые торчали в стене на уровне его плеч, головы, бедер, а один нож, оказывается, пролетел даже у него между ног.
Всего пять. Нет, вот шестой – Лаксус поднял руку к тому месту, где только что была его голова. Именно здесь и торчал шестой нож. Лаксус осторожно выдернул его из стены, провел пальцами по лезвию.
Кана стояла не шевелясь и внимательно смотрела на Лаксуса. Ее руки безвольно свисали вдоль туловища, что придавало ей сходство с силуэтом на стене. Но большие глаза Каны светились торжеством. «Я победила», – говорил ее взгляд.
А Лаксус проиграл! Нет, разумеется, он тоже неплохо владел ножом, но в меткости с Каной сравниться не мог. Он вряд ли сможет так точно описать силуэт, бросая ножи с того места, на котором стояла Кана. И если говорить честно, ножи никогда не привлекали его. Он отдавал предпочтение, так сказать, более мужским видам оружия – например сабле. Лаксус был не прочь помериться силами и в рукопашном бою. Что же касается владения ножом, здесь он был далек от совершенства. Лаксус думал, что до этого оружия дело не дойдет, он надеялся, что Кана сдастся после проигрыша в предыдущем состязании.
Ах, как бы ему хотелось метнуть эти ножи в стену за спиной Каны, чтобы стереть ухмылку с ее высокомерного личика… Но он не мог рисковать.
Так он мог ее убить! Лаксус вытащил нож из стены и запустил его в один из деревянных столбов, поддерживавших здание. Каждый из столбов в диаметре был примерно с полтора фута, и поэтому, чтобы попасть в них, все-таки требовалась определенная доля меткости. Лаксус вынул из стены еще четыре ножа.
Затем он быстро метнул ножи в другие четыре столба. Все ножи попали в цель. Что ж, неплохо, подумал Лаксус. Он широко улыбнулся Кане и вытащил из стены последний нож.
Кана же даже не взглянула в его сторону. Она внимательно рассматривала пол, скрестив на груди руки. Одной своей ножкой она постукивала по деревянному полу.
Лаксус выругался себе под нос и бросил последний нож, которым метился в один из столбов . Но в последний момент его рука дрогнула, и нож полетел по совсем другой траектории… Неожиданно нож перерезал веревку, на которой висело деревянное колесо со свечами.
Этот канделябр, должно быть, весил целую тонну.
И он располагался как раз над головой Каны, которая сейчас смотрела в пол.
У Лаксуса не оставалось времени, чтобы крикнуть, предупредить Кану об опасности. Не было времени что-либо объяснять.
Лаксус бросился к Кане. Господи, как она далеко…
Он быстро повалил девушку на пол и, крепко держа ее в объятиях, откатился с ней в сторону. В этот момент гигантское дубовое колесо с грохотом упало на пол, разбрызгивая горячий воск на пол и поднимая клубы пыли. Воцарилась темнота.Кана не могла дышать. Она ничего не видела и не могла двигаться. Мысли вихрем крутились в ее голове. На мгновение Кана охватила паника, но потом она начала медленно приходить в себя.
Ничего не было видно, потому что все свечи сразу потухли. Что-то тяжелое упало на пол, в воздухе запахло воском и дымом. Кажется, она чудом избежала смерти. Похоже, это гигантское колесо со свечами рухнуло на пол, а она только что стояла под ним.
По всей видимости, оборвалась веревка или ее кто-то перерезал.
Ее перерезал Лаксус. Именно поэтому она лежала сейчас здесь, и ее сердце билось в груди, как пойманная птица.
Лаксус. Его большое тело все еще прижимало ее руки и ноги к полу.
Кана попыталась втянуть в легкие воздух. Первый вздох дался ей с трудом, грудь пронзила острая боль. Но второй уже не был таким болезненным, и она начала успокаиваться. Лежавший рядом с ней Лаксус тоже шумно вздохнул.
– Все в порядке? – Его дыхание коснулось ее лица. Он вдруг обнял ее и прижал к своей груди.
– Да, все хорошо, – прошептала она. – Со мной все в порядке.
Неожиданно Кана поняла, что тоже обнимает Лаксуса. Ее руки лежали на его плечах. На его широких плечах.
Под ее ладонями задвигались его мышцы. Кана замерла, зачарованно глядя на него. Казалось, она внезапно лишилась способности двигаться и говорить. «Он такой сильный, – думала Кана, – и он держит меня так крепко, как будто я – это самое дорогое, что у него есть».
Дышать ей было по-прежнему трудно. И сейчас боль в груди даже усилилась. Он держал ее в объятиях, как любовник. Ее грудь прижималась к его груди, его нога лежала у нее между ног. Кане вдруг стало жарко, по низу живота пробежал спазм.
Когда Лаксус слегка приподнял колено, а потом отодвинул ногу, Кана тихо всхлипнула. Все мысли в ее голове вдруг вытеснило острое физическое желание. Сейчас она только чувствовала. Она ощущала вливающееся в нее тепло, ее кожа внезапно сделалась невероятно чувствительной. Кана казалось, что она просто тает от его прикосновений. И от него так хорошо пахло сандалом и свежим потом.
Где-то в подсознании Кана услышала тихий голосок, шептавший ей: «Не двигайся».
Лаксус тоже не двигался, не в силах разжать объятий. Он ощущал сладковатый аромат ее волос, улавливал малейшее ее движение, прислушивался к легкому дыханию. Его руки прикасались к ее телу. А ее тело было гибким и сильным. Под своими ладонями он ощущал упругую, крепкую плоть. Лаксус почувствовал пробежавшую по телу дрожь возбуждения. Его руки напряглись. Все вдруг для него перестало существовать, кроме вот этого теплого стройного тела. От мягких рук, лежавших у него на плечах, волнами разливался жар по его груди и животу.
Его дыхание смешивалось с ее дыханием, ее губы были в дюйме от его рта. Он мог овладеть ею сейчас, и она не стала бы сопротивляться. Лаксус знал это, он ощущал это по тому, как она лежала, слегка выгнувшись ему навстречу. Его колено упиралось в ее бедро, и это бедро казалось невероятно горячим. Да, он мог овладеть ею. Все произошло бы быстро, с животной страстью, и было бы так… хорошо.
Кана издала тихий звук, похожий на писк, потом попыталась выкрутиться из его рук. Ее бедра на мгновение прижались к его бедрам, и Лаксус понял, что умирает от желания.
– Ты просто раздавил меня! – снова пискнула Кана.
Он разжал руки и выпустил ее. Его фаллос напрягся и стал твердым, как камень.
Она, должно быть, почувствовала это, мелькнуло в голове у Лаксуса.
Он откатился в сторону и встал. Его руки сжались в кулаки, потом снова разжались. «Тебе не помешал бы холодный душ», – сказал он себе. Неплохо было бы сейчас облиться ледяной водой. Той, что стынет поздней осенью в кадках и сверху покрывается тоненькой корочкой льда. А после этого сесть к камину, в котором уже пылает огонь.
Его возбуждение начало спадать. Слава Богу, тут темно, подумал Лаксус.
Кана уже поднялась.
– Теперь я вижу тебя. Наверное, это какая-нибудь свечка снова разгорелась. Или это… – Кана почувствовала, что у нее перехватило дыхание. – Пожар!
Лаксус быстро огляделся по сторонам и ужаснулся. Кана была права. Загорелся деревянный пол, на который, по всей видимости, попали искры вместе с расплавленным воском, а они и не заметили этого. Маленькие язычки пламени расползались в стороны , и над ними уже появилось облако серого едкого дыма.
– О Господи! – тихо выдохнул Лаксус,- У тебя карты с собой?
- Нет!- вскрикнула Кана.
Пламя в одно мгновение охватило середину пола . Лаксус и Кана попытались затоптать огонь, но он был уже достаточно большим и слишком быстро распространялся.
– Надо сбегать на кухню поодаль барной стойки! – крикнула Кана. – Там есть насос!
Они бросились туда со всех ног, спотыкаясь в темноте и толкаясь локтями.
– Там, с левой стороны! – крикнула Кана.
Лаксус заметался по комнате. Раньше он никогда здесь не бывал, а поэтому и представления не имел о том, где здесь и что лежало. Днем в кухне обычно всегда находилась только Мира и, ночью же сюда мог спуститься кто-нибудь из гильдии, чтобы стащить что-нибудь съедобное из кладовки.
Он нащупал в темноте холодную металлическую ручку насоса. Слава Богу, ему раньше приходилось пользоваться этой вещью. Тут же рядом Лаксус обнаружил и маленький кувшин с водой. Он надавил на ручку насоса, и из носика полилась струя воды.
Кана нашла на кухне два больших пустых кувшина и сразу же подставила их под струю воды. Когда оба они наполнились до краев, не сказав ни слова, Кана схватила их и побежала в зал гильдии. Теперь даже с кухни были видны вспышки пламени, которое бушевало в гильдии. Едкий дым уже успел просочиться во все щели подвала.
Они спалят всю гильдию, в ужасе подумал Лаксус. Господи, они сожгут всю Магнолию! Рукой Лаксус стал шарить на полках, висевших над его головой. Он надеялся найти там еще какой-нибудь сосуд.Вот бы суда Дождию или Грея - промелькнула в голове у Лаксуса.
На кухню снова прибежала Кана. Она поставила перед насосом два пустых кувшина и забрала третий, который Лаксус только что наполнил водой. В состоянии паники они работали, как им показалось, несколько часов. Лаксус чувствовал, что вода течет у него по ногам и затем стекает в ботинки, но не остановился ни на минуту и продолжал жать на рычаг. Кана тоже облилась с ног до головы, пока бегала с кувшинами туда-сюда.
Наконец маленькая холодная ладонь легла ему на плечо.
– Все, хватит, – сказала она, тяжело дыша. – Огонь потушен.
Хотя кухня и вся гильдия были затоплены удушливым дымом, огня уже нигде не было. Опасность миновала. Лаксус выпустил из руки рычаг насоса и обнял Кану. Она на мгновение прижалась к нему.
Теперь, когда паника прошла и они оба расслабились, Кана почувствовала, что одежда на ней вся мокрая и ей холодно. Когда она тушила огонь, ей пришлось специально облить водой ноги, чтобы они не пострадали от пламени.
Лаксус был теплым, даже горячим. Он казался Кане островком надежности посреди этого разгрома и темноты. Ей вдруг захотелось обнять его, прижаться к нему всем телом и заплакать, чтобы окончательно успокоиться.
Наверное, он не стал бы возражать… Ведь они прошли вместе через настоящий ад. Ей просто необходимо прислониться к кому-то сильному… хотя бы на мгновение…