Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Было? Приснилось? Будет!

Вместо эпиграфа

«Ничего не поделаешь, - возразил Кот. – Все мы здесь не в своем уме – и ты, и я.»
Алиса в Стране Чудес

"Если не можешь прекратить безобразие – возглавь его"
от Rina22ru

"Так будет..."
от Скромная


***
Прошло пять лет после «Сверхов».

Мы никогда не виделись раньше.

Ты живешь в маленьком городке за полярным кругом. У тебя уже идет снег, маленькие ледяные ладошки укрывают все сопки, замораживают дыхание, холодными пальцами сжимают сердце.

Я живу в солнечной стране под названием Алтай. У меня еще золотая осень, золото на деревьях, золото в полях, золото в душе.

У нас есть одно общее дело. Через пять дней мы летим с тобой в Лос-Анджелес. Визы получены, чемоданы собраны, отель забронирован, страх перед полетом над океаном засунут куда поглубже. У нас vip-встреча. Нас ждет Дженс, Дженсен, Дженсен Росс Эклз.

***
Мы встречаемся в Шереметьево, среди тысяч куда-то спешащих людей, чьих-то ожиданий и сотен неудобных лавочек. Я знаю тебя очень давно, но вижу в первый раз. Человек, впустивший меня в свою мечту… Эффектная, стильная, такая понятная и совершенно незнакомая. Ты ждешь меня возле стоек регистрации, и у тебя красный чемодан, точно, прямо такой совсем не как у других. Ты должна узнать меня, высокую и нескладную, с испуганными глазами и короткой стрижкой цвета «Морозный мокко». Улыбаешься. Я начинаю заикаться от избытка чувств.

- Прив-вет…

- Привет, как долетела?

Знакомые и незнакомые, спаянные одной цепью, связанные одной целью… Мы должны уговорить Эклза на поездку в Россию. Ведь фанаты ждут его, и может быть, у нас получится. Неужели мы на это решились? До последнего не верилось, но мы здесь. Легкие объятия, невесомые поцелуи, у меня слезы наворачиваются на глаза. Ты не представляешь, как я рада тебя видеть!

***
Регистрация пройдена, таможня дает добро, три часа, вытягивающие все нервы, подходят к концу.
Я плюхаюсь в свое кресло и вдыхаю запах самолета. Все заботы отпускают, так бывает всегда, стоит мне пристегнуть ремни.

Тебя укачивает. Ты пьешь двойную дозу всяких таблеток и впадаешь в прострацию. Следствием этого будет легкий наркотический сон после того, как таблетки подействуют, и еще несколько часов после. Сплошной расслабон и язык впереди мыслей.

Еще почти двенадцать часов внеземного существования. Гул турбин убаюкивает. Я сонно щурюсь на свой Айпад. Ты задумчиво шевелишь губами, наматывая прядку волос на палец.

- Маринка, тебе легче, он для тебя – всего лишь Дин.

- Ничего себе, всего лишь. Столько слез пролито…

- Представь, я в юбку летнюю не влезла. Ругаю себя нехорошими словами, приехала, чисто Смешарик. А он, блять, такой красивый!

- Красивый, - Я вздыхаю. – Оксан, я вообще красивых боюсь. Вот если взять некрасивого, любой некрасивый мужчина – он сразу свой парень, никаких заморочек. Думай, что хочешь, он такой и все. А красивые, особенно которые знают, что они красивые, мне так кажется, смотрят на тебя и думают: «Отстой быть тобой».

- Нет, совсем не так. Если ты красивый с самого детства, то перестаешь это воспринимать как нечто особенное, принимаешь как данность. Две руки, две ноги и …красивый. И я не думаю, что Дженсен зациклен на своей внешности.

- Конечно, он не зациклен, угу. Только вот у нас с тобой ма-а-аленький пунктик, заметный при приближении Эклза. Боже, как бы не уплыть, надо будет тяпнуть для храбрости, ну тогда держись, Дженс!

Ты засыпаешь, даже не дождавшись перекуса. Я не сплю, мысли не дают покоя. Как все сложится? Время тянется, как капля карамели…

Самолет проваливается, заходя на посадку. Я смотрю на бесконечную череду домиков, рассыпанных среди холмов. Лос-Анджелес огромен, он похож на гигантское лоскутное одеяло, части которого соединяет нить хайвея.

Мне кое-как удается растолкать тебя, ты в неадеквате, но можешь передвигаться. Я устала, поэтому не запоминаю аэропорт, проматываю получение багажа, не вижу город в окно такси. Боже, неужели это - Лос-Анджелес, в котором влюбляются, увидев друг друга в соседнем авто на светофоре? Отель, номер, душ – все сливается в один длинный морок. Я падаю на кровать и засыпаю.

Завтра, все будет завтра…

***
Продираю глаза. Солнце бьет по нервам, путая мысли. Боже, я же в Америке!!!! Ты бегаешь, как ошпаренная, накручивая локоны, подкрашивая ресницы и тараторя что-то в телефон почти одновременно. Включаюсь в эту беготню, хотя не накручиваю, нечего мне накручивать, но где мои джинсы, и пропади пропадом эта Америка, если я не успею вымыть голову. Отстраненно крашу губы, не глядя в зеркало.

- Марин, я с переводчиком договорилась на 15-30. Ты себя в зеркало видела? Сотри!

Переводчик – это классно. Черт, это надо же так постараться, намазалась на славу. Ловлю салфетку и тут же забываю, зачем она мне. Мой автопилот сломан, приходится думать над каждым движением. С завистью смотрю на твои шикарные туфли, но натягиваю свои слипоны. Комфорт дороже.

- Окса-а-ана, давай для храбрости, я уже не могу, меня трясет…

- И на кого мы будем похожи?

- Не будем. Никто и не заметит, у меня жвачка есть. Представь, а если он узнает, что мы – слэшеры? – У меня начинается нервный смех.

- Так, пей давай, не думай!

Выдохнули. Джин прокладывает огненные дорожки в мой желудок. Ну все, сумки, деньги, телефоны, и убегаем, убегаем, убегаем.

***
Самое тихое место в Лос-Анджелесе – у меня в голове. Я даже не могу вспомнить название кафе, куда мы приперлись на полтора часа раньше условленного. Хорошо, что столик заказан на весь день, но сидеть на одном месте тяжелее, чем кажется. Мы заказываем джин-тоник и фрукты, снова джин, да, за оставшееся время должно выветриться. Ожидание только будоражит воображение. Во мне ноет все, от пяток до кончика носа, как я боюсь…

- Марина, не трясись ты так. Он человек, а не Бог, успокойся. Война – фигня, главное – маневр-ры. Счас мы ему в-вопросы начнем задавать…

Ты пьяная. Когда только успела? И еще переводчик опаздывает…

И тут мимо огромных стеклянных окон, мимо нашего столика, мимо нашего сознания идет ОН. Гладко выбрит, брюки, жилет и рубашка с расстегнутым воротом и, м-м-м, рукава, закатанные до локтей. Могу смотреть на это бесконечно, просто, как он идет. Блин, ноги, эти замечательно кривые ноги наяву… Замираю где-то между небом и землей, в голове пусто, и в животе бабочки порхают. И вот мы такие за столиком (вовсе не волнуемся, ага), подперев щеки ладонями, соприкасаясь плечами, и ОН медленно мимо окон кафе, открывает дверь и к нам... Полный пипец!!!

Кажется, он не один… Нет, не кажется! С ним Падалеки собственной персоной, шикарный великан с обалденными волосами. Это не я, это джин говорит, ну или тоник. Как в замедленной съемке прямо к нашему столику, как в нашем общем эротическом сне, идут и…

Я смотрю на тебя, мне даже слышно, как бьется твое сердце. Ты на грани: на грани чувств, на грани реальностей. И я не успеваю ничего подумать, как ты говоришь на чистейшем английском:

- Вот же, блять, красавчик!

Твою армию! Резкий вдох. Эта картинка, где Джаред громко и солнечно смеется, запрокинув голову, а Дженсен вдруг стремительно краснеет и смущается, как подросток, впечатывается в мой мозг навечно. Выдох. Да ладно, они - тоже люди?

Я нечеловеческим усилием собираю себя из розовой лужи.

- Добрый день, Дженсен, Джаред, и простите великодушно, мы очень, очень долго пили. Ой, нет, ждали...

Я беспомощно оглядываюсь на тебя, но ты сказала, все что хотела. Дженсен улыбается знакомой улыбкой.

- Ну что, здравствуйте, и спасибо за приглашение!

Они садятся рядом, совсем рядом, я могу протянуть руку и потрогать Джареда за плечо. Держите меня семеро, но я так и делаю. Он настоящий... Это, должно быть, написано на моем лице. А я думаю, что каким-то невероятным образом мы получили два в одном флаконе. Листочек с вопросами, добросовестно и тщательно написанными на английском языке, плавно опускается с моих коленей под стол. Я чувствую себя маленьким лешим из любимой детской сказки, который хотел понюхать козленка. Я тоже хочу понюхать Джареда…

Дженсен и Джаред переглядываются. Дженсен берет твой стакан, изучает содержимое и подзывает официанта. Джаред что-то говорит про джин, самый женский из мужских напитков. Да, да, и мы тоже... Улыбаюсь. Где сссука- переводчик?! Совсем не представляю, с чего можно было бы начать разговор после твоей фразы от всей русской души про «красавчика».

Официант приносит заказ. Это не «Усы сатаны», не «Белая леди» и даже не «Отвертка». Мать вашу, это «Эликсир спокойствия». Почти чистый джин со столовой ложкой вермута и оливкой в широком бокале. У тебя тоже самое. У Джеев – джин со льдом. Бля-а-а…

***
Эликсир действует. Спокойно общаемся. Никогда не думала, что можно столько объяснить с помощью простых слов и жестов. К черту грамматику, времена и неправильные глаголы, и без них – здорово! Наши разговоры напоминают старинный детский стишок: "Не который гриб в лесу, а который грипп в носу".

***
Елки, у меня же Айпад. Запускаю переводчик с функцией звукового перевода. Следующий час выдираем его друг у друга, фантанируя идеями. Объясняем значение слова "суперамипришибленные". Давно так не смеялась.

***
Джеи удивленно переглядываются, когда я несколько раз по-русски повторяю слово «хорошо». Нет, нет, это не horror show (перевод: «ужастик»).

***
Отличное развлечение – скороговорки! Подумаешь, «Пакет под попкорн», пф!
Ну держись, Америка! А как вам вот это:

В недрах тундры выдры в гетрах
Тырят в вёдра ядра кедров!
Выдрав с выдры в тундре гетры,
Вытру выдрой ядра кедров,
Вытру гетрой выдре морду,
Выдру- в тундру, ядра в вёдра!

Не совсем так, но почти. Съели!

Ошарашенно воспринимаю нечто:

«Three swiss witch-bitches, which wished to be switched swiss witch-bitches, wish to watch three swiss Swatch watch switches. Which swiss witch-bitch which wishes to be a switched swiss witch-bitch, wishes to watch which swiss Swatch watch switch?»
(Перевод: Три швейцарских ведьмы-сучки, желающих изменить свой пол, мечтают разглядывать три кнопочки на швейцарских часах «Свотч». Какая из швейцарских ведьм-сучек, желающих изменить свой пол, мечтает разглядывать какую кнопочку на часах «Свотч»?)

Понимаю только "ведьмы", "сучки" и "кнопочки". Это что, любимое от Дина Винчестера? Я такое даже внутри мозга не выговорю.

Знаю, знаю, господа американцы, что вам не повторить никогда!
Самозащищающаяся женщина!!! Дженсен, даже не пытайся, буквы «щ» нет в вашем алфавите! Ладно, ладно, один – один!

***
Кто предложил пить без рук? Опять Джаред? Вашу Машу, у меня рот на такой бокал не открывается. Обливаюсь по самое не хочу. Сижу, задумчиво посасывая блузку. Твои туфли сиротливо валяются на полу.

***
Почему-то все вместе сидим под столом. Аааа, там же лежал листочек с нашими вопросами! Пытаемся все отвечать хором. Хрень какая-то, а не вопросы... Дженсен рассказывает про свою яхту. Он даже под столом ооочень милый, да… И мне еще никто никогда не говорил, что я очаровательно косолаплю.

***
Я минут пять выкладываю Джареду – по великому секрету – какой у него замечательный рост, и что мечта всей моей жизни, честно, голова закружилась, уткнуться носом в ЕГО ямочку между ключицами, головой ПОД подбородок, плечом точно подмышку. Оксана, не перебивай! И чтобы все изгибы тела совпали. Оксан, не лезь! И достать любимые туфли на каблуках, и оба – высокие, и полетели… Он слушает терпеливо, но потом спрашивает: "При чем тут мирная смерть?". Соображаю, что упомянула «пиздец» (на английском Peace Death - "мирная смерть" звучит примерно так же). Я всю эту ахинею несла на русском? Ты сейчас лопнешь от смеха! Ух ты… Оксана, ты это специально! Конечно, зачем ЭТО болтать на английском.

- Марина, языковую раскладку смени!

Вот тебе и душа на ладони, все зря, все зря...

***
Слушайте, а мы сегодня есть будем? Уже ели? А где я была? Тоже ела? И что-нибудь осталось?

***
Перешли в vip-комнату. Классно, там есть караоке! Полчаса угроблено на поиски русских песен. И таки да! Стены лопаются от нашего «О, боже, какой мужчина!» и «Ах, какая женщина, ка-кааая женщина, мне б такую». И еще "По долинам и по взгорьям шла дивизия вперед". Джеи исполняют что-то из серии «Умереть – не встать», слов не знаем, но умираем на месте.

***
Поступило предложение отправиться в клуб. То ли от великого отчаяния споить нас, то ли просто время пришло. Соглашаемся, они не знают, с кем связались. Оксана, туфли забыла!

***
Зачем ты мой телефон спрятала? Ютуб плачет по видео с танцами Джеев! Такая боль…

***
Почти выносим Джеев из чиллаута. Слишком много поклонниц, слишком. Это наш вечер!!

***
Пытаемся оторвать Джареда от шеста. Да, я попросила его задрать ногу выше головы, это ведь так впечатляет! Дженс, помоги, хватит ржать! Невероятное зрелище – смеющийся Дженсен Эклз…

***
Уже ночь. Как мы попали в шикарный номер с огромной кроватью? Читаем вслух нашу любимую amady «Если бы ты был городом, Дженсен». Страшно шифруемся, нет, мы просто это в сети выкопали. Слэш? А что такое слэш? Переводим и подбираем слова просто на раз-два. Босой Дженсен лежит на спине, заложив руки за голову, мечтательно созерцая потолок. Джаред задумчиво смотрит на него. Слэшер глубоко во мне потирает руки. И пусть ты, Оксана, со своим реальным гомофобством потом убьешь меня за такие мысли, но я вижу в этом взгляде, все, что хочу… Можешь делать харакири вилкой прямо сейчас. Так и засыпаю со своей уверенностью.

***
Просыпаюсь ни свет ни заря. Боже, ты посмотри на это сборище святых. Только святые могут невинно уснуть полуодетыми после дружеской попойки вместе с обожаемыми мужчинами в одной постели. А Джеям, похоже, очень надоело, что их хочет трахнуть весь мир, да-а-а… Сажусь по-турецки на подушку и долго разглядываю наших ангелов. Слева Дженсен спит на животе, трогательно выпятив нижнюю губу. Ему что-то снится, ресницы дрожат в едином ритме с его снами. Справа Джаред разметался на треть кровати, прекрасный греческий Бог в футболке в обтяжку, из-под которой видна полоска загорелой кожи.

Ты тоже проснулась. Не могу отказать в удовольствии поиздеваться над твоей гомофобией. Показываю на Джареда, говорю одними губами - «он», потом - «любит», показываю на Дженсена - «его». Ты машешь руками, показываешь, что душишь меня, и жестами делаешь харакири. Надо видеть твое лицо, когда я достаю из-под подушки пластиковую вилку. Жаль, что мой телефон так и лежит у тебя в сумке. Такой кадр пропал!

Ты стучишь пальцем по циферблату, до самолета осталось семь часов. Надо еще в гостиницу успеть. Оставляю рядом с телефоном Дженсена свой Твиттер. И на память - два куска янтаря, каждый размером с абрикос, из Калининграда специально для Джеев. Два кусочка застывшего солнца – для людей-солнышек. Бог даст, свидимся. Тихонько выскальзываем из номера. Спите, любимые, вы в наших сердцах…

***
Молчим до самой Москвы. Спим, едим, читаем и молчим.

В Шереметьево прощаемся. Твой самолет через час, на мой уже объявили посадку. Пиликают наши телефоны. На экранах MMS – Джеи с кусочками янтаря в протянутых ладнях. Следом еще одно – мы вместе после того, как оторвали Джареда от шеста, веселые и растрепанные, и приписочка «Повторим в Москве?».

Так и будет, правда же?..