Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Двум смертям не бывать

1) Кабинет.

Кабинет доктора Уоттса - штука странная. Грязный, пыльный, заваленный разного рода хламом, надобность которого постоянно стоит под сверхострым вопросом, он всегда открыт нараспашку и закрыт для сильно посторонних глаз одновременно. Здесь много света, а ещё больше гудежа разнокалиберных установок с приборами. Приставок и явно перегруженных проводами розеток. Здесь тесно, здесь зачастую воняет непонятно чем, здесь невозможно работать. В добавок, совершенно нечем дышать.

Входящие сюда тут же разворачиваются и сдают назад. Чаще падают, споткнувшись об очередной на полу аккумулятор. Сдержанно улыбаются, когда говорят, что зайдут попозже. Врут, конечно. Ни один ещё не возвращался.

Здесь живет и обитает Нил - главный шутник и кофеман компании "Зигмунд" собственной персоной. Работает прилежно и с усилием, так, как и положено любому уважающему себя добропорядочному сотруднику.

Не всегда, правда, но... бывает. Да, бывает.


- Роз, рванем домой, а? - упрашивает Уоттс, повиснув на дверном косяке вниз головой.

Ева, откинувшись на спинку компьютерного кресла, сидит скрестив ноги на столе. Смотрит устало и с явным желанием упасть до ближайшего утра на мягкую подушку - упасть и не вставать, не шевелиться. По левую её ногу тихо гудит процессор, по глазам бьет тусклый свет от монитора. Наполовину опущены веки.

Девушка зевает, забыв прикрыть рот, и тут же ловит на себе лукавую улыбку коллеги.

- Тебе пломба на правую семерку нужна, - сообщает тот, после чего одним ловким прыжком покидает косяк. - Давай, собирайся.

Розалин переводит взгляд на экран и, поморщившись, обратно... в никуда.

- У нас ещё работы часа на два.

- К черту, - машет рукой напарник. - Жду тебя в машине.

***

2) Машина.

Нил прекрасно водит машину. Объезжает все кочки, ухабины, ямы... людей на тротуаре иногда. Нередко проезжает светофор на красный, не замечает дорожных знаков и по особым праздникам включает поворотники. Словом, делает всё возможное, дабы не стать жертвой звания "Скучный водитель за номером раз". А ещё тем самым очень здорово помогает своей любимой (ибо единственной) напарнице расшатывать нервы.

Розалин не слишком любит, когда Нил за рулем. Приходится много кричать, ругаться нехорошими словами и, цепляясь пальцами за сидение до белизны и только, ловить пятками убегающий вниз желудок. Молится всем известным и неизвестным богам в случаях повышенной опасности. И, пускай напарник водит машину крайне редко, этого вполне хватает, чтобы периодически находить в зубьях любимой расчески серебряные волоски.

- Запрыгивай на заднее сидение, - показывает Уоттс на автомобиль. - Растолкаю, когда приедем.

Потирая глаза и щурясь на уличный фонарь, Ева молча кивает. Можно было, конечно, потерпеть или даже сесть за баранку самой, чтоб не терять авторитета, но... да пошло бы оно всё пропадом. Спать хотелось куда больше.
Открыв дверь, девушка протискивается на карачках в салон. Доходит до середины и, аки мешок с тем самым, растягивается на мягких сидушках. Тесно. Ноги сами собой сгинаются в коленях, подтягиваются к животу, образовывая нечто среднее между спящей кошкой и эмбрионом. Еву вполне устраивает. Да и Нила тоже.

- Пародия на кошачьих, да, Роз? - усаживаясь на место водителя, бросает он. - А когти есть?

Пробормотав что-то про шутки за двести, Розалин переворачивается на другой бок. Машина трогается.

***

3) Кладбище.

Сколько себя помнила Ева, здесь всегда шел черный снег. Мелкий, словно монета достоинством в четвертак, склизкий, что сопли болеющего, он имел очень неприятное свойство забираться прямо за самый шиворот, таять там и стекать вдоль нагретой свитером-водолазкой спины поближе к пояснице. Было холодно, было неуютно. Или просто немного страшно. Ева морщится, пряча лицо за теплый вязаный шарф, после покрепче кутается в свое белое пальто. Едва ли помогает. Колени трясутся, а зубы бьют ритмичную чечетку.

Стальная кладбищенская калитка поддается с трудом. Скрипит проржавевшими петлями и нехотя отъезжает в сторону под напором кряхтящего старика. Кажется, и судя по нашивке на ветхой куртейке, местного сторожа.

- А что, хороший человек, наверно, был, - воздух наполняется потрескиванием, когда старик закуривает самокрутку. - В такую погоду да такие принцессы помянуть ходят.

- Еще какой, - улыбается в ответ Розалин. - Еще какой.


Снег скрепит более чем неприятно. Сапоги под цвет пальто оставляют на нем свои бугристые следы. Ненадолго - через секунды их вновь засыпает уверенными снежинками. "Слишком холодно", - думает Ева, оборачиваясь назад, туда, где щелкает замок закрывшейся машины. Вернуться, не заблудившись, получится вряд ли.

Идти приходится долго. Между серебряных оградок и умерших деревьев, по протоптанным тропинкам и задевая случайными взглядами надгробия чужие. Кажется, пару раз на них даже попадаются знакомые лица... хотя, возможно, просто кажется.

Об руку с Розалин идет и время - медленное, будто остановившееся, и обычная метель в некий момент преображается в целую снежную бурю под стеклянным колпаком. Сильную, сбивающую, ослепляющую на оба глаза. Ева кутается в шарф, ноги слишком не слушаются, силясь повалить свою хозяйку на заледеневшие сугробы, но продолжают гнуть свое, несгибаемое. И приводят в конце концов.

- Как же ты сильно зарос, Уоттс, - смеется девушка, когда оказывается за остроконечной оградкой. - Как тогда о доме своем не заботился, так и...

Ева Розалин никогда не плачет. Не научили в детстве. Не научили в жизни. Не плачет она и сейчас, вот только от кома в горле избавится не удается. И игнорировать не получается тоже...

- Идиот, - шепчет она и присаживается на корточки, прямо напротив.

***

4) И снова кабинет.

Кабинет доктора Уоттса - штука странная. С одной стороны тесный и неуютный, что хочется бежать куда подальше, с другой... с другой просто отвратительный на запах сигаретного дыма. Нет, Нил не курит. Не курил, вернее. При жизни не курил.

Здесь очень легко потеряться. Огромные кучи мусора заслоняют обзор, а целые горы дисков с разнообразной музыкой - уши. Колонки на полу работают всегда, не замолкая ни на секунду, даже ночью, даже днем. И потому большинство "Зигмундских" нередко задается вопросом, как обитательница данного кабинета до сих пор ходит с целыми ушами. Не завернувшимися в трубочки, в смысле.

Здесь перестали трещать приборы. Даже компьютер, и тот почти никогда не включается. Здесь веет усталостью с унынием и скукой заодно. Здесь... пожалуй, здесь, как и прежде, работать просто невозможно.

Розалин усмехается, глядя, как малознакомый молодой парнишка протягивает ей блок сигарет.

- Третий за неделю, - предупреждает он, отмахиваясь свободной рукой от дыма. - У Вас лекция через пятнадцать минут.

- Успею.