Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

Сказка о маленьком барде

Сказка о маленьком барде

Вступление

В далёком королевстве
Живал один король.
Был он очень честен,
И мудр, и умён.
И был он благороден,
И всеми был любим.
В народе уважаем,
И храбрецом он слыл.
Без балов и трапез
День проходит зря!
Полон шумных празднеств
Замок короля.
Плодородны земли
Народа в той стране:
Богаты урожаи
В той самой стороне.

Но даже в богатейшей, красивейшей из стран
Всегда есть место горю, страданиям, слезам,
Когда скорбят народы, когда тужит семья,
Когда нет рядом силы – нет рядом короля.

Глава 1
Простите, дорогие, милые друзья,
Что словами грусти начинаю я.
Не каждое начало сложного пути
Освещает лучик счастья впереди.

Редко случаются светлые ночи,
Когда темнота не смущает нам очи,
И небо покоится в море огней
Маленьких звёзд, как фонарей;
И месяц огромный всё освещает:
Сияньем своим целый мир обнимает,
И разлит тот свет по земле серебром,
Объемлет он белый свет крепким сном.
В одну из таких прекрасных ночей
В хижине бедной семьи рыбарей
Мальчик родился бледный как снег,
С глазками цвета неба во тьме.
Он слаб был и хрупок, почти не кричал.
И долгую жизнь не обещал.
Но мать и отец никогда не сдавались:
Сына взрастили, на ноги подняли.
Он назван был именем звучным Орланд,
Как будто придуманным струнами арф.

Орланда семья была рыбаками,
В море с рассвета до тьмы пропадали,
Мать и отец его, рыб извлекая
Из грозной пучины водного края.
Но, не смотря на столь труд упорный,
Жизнь рыбарей наврятли задорной
Можно назвать. Хлеба кусок
Работой усердной добытым быть мог.
С детства Орланд ремеслу был приучен.
Жаждой и голодом в море измучен,
Как было сладко на сушу прибыть
И скудную пищу с семьёй разделить.
В хижину после того удалиться,
Тонким сукном потуже укрыться.
И у очага, разводимым отцом,
В объятиях мамы заснуть крепким сном.
И погрузиться в сказочный мир:
Стать королём, посетить дружный пир,
На небо взлетев, утонуть в облаках,
Забыть про любой, томимый нас страх,
Объездить богатым купцом много стран,
Грозным пиратом броздить по морям
Просторы вселенной, иль войном великим
Низвергнуть дракона в тьмы вечной обитель…

Прошло восемь лет с рождения Орланда.
Был знойный день, жгло солнце нещадно!
На сушу вернулась семья на обед,
Ох, изнурил их солнечный свет!
Посовещавшись между собой,
Мать и отец проводили домой
Сына, велев ему в хижине быть,
На солнце палящее не выходить.
Оставшийся день в безопасной тени
Мальчик провёл, взирая в дали
Родные фигуры, трудящихся рьяно,
Превозмогающих усталь упрямо.
К вечеру небо вдруг сделалось серым,
Туча победу над облаком белым
Вмиг возымела. И дождь окропил
Горячую землю, что зной иссушил.
И стал с беспокойством Орландо следить,
Как мать и отец, закончив удить,
Быстро направили лодку свою
К брегу песчаному, к дому, к нему.
Небо к тому уж совсем потемнело,
Капли дождя били море как стрелы,
Синие воды поднялись волнами,
Лодку качая как щепку – играя.
Выбежал мальчик из хижины быстро.
Дождь разошёлся, не было видно
Ни милых фигур, ни лодки, ни вёсел,
Лишь вымокшим сделался он и замёрзшим.
Тем временем в море грозная буря
Взыграла волнами, а ветер, всё дуя,
Лодку худую в морские пучины
Низринул, её обративши в руины…
На небе сверкнули блестящие искры,
И гром вдруг раздался совсем где – то близко…
Сразила Орланда молнии сила,
И пал он в трясину песчаного ила…

По сине морской, качаясь в волнах,
Венок проплывает полевых трав…
Сплетён он и пущен был детской рукой,
В мире отныне оставшись одной…

Глава 2
Итак, наш Орланд остался один.
В случьях таких закон лишь един:
И вот по решенью градского суда
Мальчик под власть попал опекуна.
То был знатнейший в городе граф.
Видом своим внушал он всем страх.
Был он высок, худощав, ликом тёмен,
В длинных одеждах, угрюм, глазом чёрен.
Слуги его издать лишний звук
Боялись. Такой он внушал им испуг!
В замке высоком граф проживал.
«Атрокс» владенья свои он назвал
Именем древних предков его
И именем громким себя самого.
Серым, холодным, очень большим,
Грозным, зловещим замок тот был.
Странник не мыслил найти там приюта.
Граф не терпел никакого уюта:
Залы и комнаты полупустые
Эхом полнили бабочки крылья.
Вдовствовал граф уже много лет.
О смерти графини шептался весь свет:
В народе ж о том слух ужасный ходил,
Будто жену сам де муж уморил.
Был же у графа единственный сын,
Ужасного нрава носителем слыл.
Юноша тот походил на отца:
Не только душою, но и с лица.
В народе ещё одна сплетня была:
Будто бы сын ненавидел отца,
Мечтает давно он его заменить,
То ли сместить, то ли убить…

У графа Орланд прожил целых два года.
Многие в замке постиг он невзгоды.
Однако ещё до того, как уйти,
И здесь он сумел лучик света найти.
Итак, оказавшись в замке у графа,
Не мог скрывать мальчик явного страха:
Взгляд господина тяжёлый, пронзённый
Лоб окроплял ему потом холодным.
Слугам помощником он был отныне.
Всякому делу его обучили.
Много в имении мест он узнал,
Службу послушно пока исполнял.
На кухне кормили его повара,
Одежду пошила одна тут швея.
Под лестницей башни самой высокой
Ночи Орланд проводил одиноко.
Старшие слуги ему помогали:
От гнева хозяина часто спасали,
Что беспричинно восплавиться мог
От трещины в стенах до грязных сапог.
От козней наследника оберегали:
Вину за проделки его принимали.
Юноша этот с первых же дней
Зуб на Орланда точил всё острей.
Ненависть эта тайной была
Мальчику, что никогда не знал зла.
Но сколько Орланда не оберегали,
Случаи разные всё же бывали…

Пекарь однажды на рынок собрался:
В замке запас провианта кончался.
Графа об этом он оповестил.
Кого взять в помощники тоже спросил.
Граф же, подумав, фыркнул слюной:
«Того оборванца возьми – ка с собой,
А то он без дела весь день прослонялся.
Смотрю я, совсем стал от рук отбиваться».
Пекарь и рад был Орланда забрать,
Чтоб не случилось с мальчишкой напасть.
Но тут графа сын поехать собрался.
Давненько на рынке, мол, не появлялся.
И пекарь, с печалью об этом вздохнув,
Отвесил поклон, вдвое тело согнув.
Наследник поехал в удобной карете.
А слуги спешили за ним на телеге.
На рынке они провели целый день.
Накрыла уж улицы тёмная тень.
Пекарь, уставши, стал с кучером спорить:
«Мельницу надо свою нам построить».
В замок обратно стали сбираться.
На небе уж звёзды давно серебрятся…
«Эй, пекарь, в карете не прочь прокатиться? –
Наследник заставил всех слуг удивиться.
«Не можно, мой дорогой господин.
Я только слуга. Езжайте один».
«Но я никогда не бывал на телеге!» -
«Не многое вы потеряли на свете…»
«Я что, тебя должен уговорить?» –
Сверкнули холодные очи в ночи.
«О, нет, господин, коли вам так угодно…» -
«Не мешкай тогда! Проходи, тут свободно».
И пекарь, став бледным, уселся в карете,
А юноша бойко присел на телеге.
И тронулись все наконец – то домой,
В замок холодный и полупустой…
Орланд, лёжа в сене, на небо глядел.
Он звёздам свою колыбельную пел,
Что некогда мама ему сочинила.
Та песня была так чудесно красива!
И лился в ночи детский голос с надеждой,
Что слышат его те, кто звёздами блещет…

Спи, моя радость, я с тобою.
Я любовью своей тебя укрою,
От невзгод я собой тебя закрою,
Я щитом буду меж миром и тобою
И твоей путеводною звездою.
Спи, моя радость, я с тобою.

Я любовью своей тебя укрою.
Я росою лицо твоё умою,
Если вдруг окропится то слезою,
Если вдруг скорбью горькой и немою
Омрачится вдруг оно – тоску я смою.
Я любовью своей тебя укрою.

От невзгод я собой тебя закрою.
Если вдруг горечь сильною волною
Тебя накроет; хладною струёю
Ударит сердце; жёсткою и злою
Судьба тебе покажется порою –
От невзгод я собой тебя закрою.

Я щитом буду меж миром и тобою.
Если вдруг несправедливостью мирскою,
Если вдруг коварной ложью и пустою,
Если вдруг любой иной какой бедою
Тебя настигнут – я им не позволю.
Я щитом буду меж миром и тобою.

И твоей путеводною звездою
Я в ночи буду светить тебе глухою.
Я на небе направлять тебя рукою
Буду, лишь живя твоей судьбою.
Зови меня – я облика не скрою –
Твоей путеводною звездою.