Новые поступления
По страницам: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Почитайте фендом
«Doctor Who»
1 фанфик
1351 фанфик
80 фендомов
213 авторов
Партнеры

На берегу

Крохотные золотистые песчинки колючей струйкой сыпались из ладони в ладонь. Иногда среди разномастных кусочков кварца попадались мелкие осколки острых ракушек и разноцветные голыши. Песок всегда завораживал мага. Он восхищался его кажущейся однородностью и невзрачностью, скрывающую за собой неповторимость каждой новой горсти. Сколько раз не зачерпывай новую пригоршню, никогда не сыщешь двух одинаковых песчинок. Можно провести всю жизнь на одной песчаной косе, перебирая по крупицам рассыпанное под ногами сокровище, и так и не найти похожую пару. Маг любил песок только за эту неповторимость и великодушно прощал все те неудобства, которые приходилось терпеть из-за него. Песок всегда был либо обжигающе горяч, либо мокр и грязен, почему-то разумного компромисса никогда не находилось. Маг готов был созерцать песчинки днями напролет, но чаще по ним приходилось ходить босыми ногами. От этого чешуя на ступнях теряла свой глянцевый блеск, а коварный песок норовил забиться под треснувшую лет четыреста назад белую чешуйку (семьсот четырнадцатую, если считать от кончика хвоста). Эту рану маг получил в давней схватке, и до сих пор трещина так и не заросла. Отчаявшись залечить ее обычными способами, маг как-то выдрал причину своих страданий с мясом, надеясь, что новая чешуйка вырастет здоровой. Но как назло проклятая трещина никуда не делась. В нее постоянно набивалась грязь, и нежная кожа, скрытая чешуей воспалялась. Или того хуже – маленькая песчинка, оставшись незамеченной, натирала кровавые мозоли. Приходилось варить специальный клей, который хоть ненадолго спасал от вездесущего песка.

Другое дело снег: холодный, колючий и приятно проседающий под тяжестью тела. Магу очень не хватало морозного горного воздуха и слепящей белизны снежного наста. Мало кого радовала такая картина, но маг был уникальным существом даже в мире привычном к различного рода нелюдям. Если бы он был свободен в своем выборе, то сейчас бы любовался незамерзающим водопадом, ниспадающим с Двуглавой горы, а не тратил свое драгоценное время на бесцельное лежание на песке. Единственное, что его примиряло с подобной судьбой – это мириады непохожих друг на друга песчинок, которые своей неповторимостью напоминали магу любезные его сердцу снежинки. Те тоже таили в себе такое многообразие форм и структур, которое и не снилось иным существам, мнящим себя разумными. Это всегда забавляло мага – торопливые людишки искали сокровища вовсе не там, где их спрятала от любопытных глаз природа. Торопящиеся жить проходили мимо истинно ценных вещей. Это и понятно, всей жизни человеческой не хватит, чтобы познать хотя бы горсть тайн из бездны мироздания. Даже те из людей, кто сумел в себе взрастить магический дар и продлил себе жизнь, не в силах осознать чарующую красоту горсти песка. Долгая жизнь, подаренная червю, не способна сделать из него птицу. В этом заключена погибель людского племени. Когда-нибудь все они исчезнут с лица земли, пожрав сами себя, и миром будут править достойные.

Песок скользнул между тонких пальцев мага и растворился среди мириад песчинок, устилающих берег Кольцевого моря. Маг раздраженно дернул хвостом и попытался весь укрыться в жалкой тени смоковницы. Здесь было слишком жарко, слишком солнечно, слишком песчано для такого, как он. Чешуя цвета индиго с редкими вкраплениями белоснежных чешуек, гибкий, подвижный хвост и выгнутые назад коленные суставы делали мага больше похожим на гибкую ящерицу, чем на человека. Только выше пояса глянцевая чешуя постепенно переходила в бледную кожу. Даже в былые времена, когда представители различных рас часто посещали обжитые людьми земли, такие существа были легендой. Теперь даже упоминания об этой расе были скрыты тьмой прошедших веков.

Впрочем, этот полуящер был довольно известен среди людей. Его знали если не лично, то по многочисленным историям, которые передавались из уст в уста и больше всего напоминали страшные сказки для непоседливых детей. Людям нравится приписывать дивные свойства всему тому, что странно для них и непонятно. Именно так личность мага, который больше всего в жизни ценил одиночество и возможность кропотливо работать над делом всей своей жизни, обросла такими подробностями, что можно было позавидовать буйной человеческой фантазии. Маг обо всем этом знал и поначалу удивлялся, потом злился и под конец с равнодушием выслушивал о себе очередной бред. А несколько столетий назад он начал вовсю пользоваться своей мрачной славой. Играть с людскими страстишками было так забавно, излишне предсказуемо, но забавно.

Маг с тоской глянул на исчезающую тень от смоковницы. Приближался полдень, а значит, через час-другой солнце начнет немилосердно обжигать его бледную кожу. Как и все представители его сгинувшего племени, он был альбиносом, по крайней мере, это относилось к человеческой половине мага. Алые глаза были единственным ярким пятном на его лице, а белая кожа рук и груди пестрела замысловатым узором черной татуировкой. Если к ней приглядеться, то начинало казаться, что сходишь с ума: от множества переплетенных линий начинало рябить в глазах и чудилось, что татуировка медленно движется, непрестанно меняя свои очертания. Но все это, без сомнений, был зрительный обман. Разве кто-нибудь видел живые татуировки?

Маг неторопливо скользнул в воду. На его вкус и здесь было слишком тепло, но выбирать не приходилось – либо не по-весеннему палящее солнце, либо еще не успевшая до конца прогреться морская вода. У берега было совсем мелко, до настоящей глубины было еще идти и идти, а лишний раз шевелиться магу было невмоготу. Он и так потратил слишком много сил прошлой ночью, сейчас следовало дать отдых своему уставшему телу и духу. Созерцание и медитация помогали лучше всего. Маг прикрыл глаза и лег на песчаное дно, постаравшись полностью скрыться под водой. Воздух не так уж и необходим, если умеешь правильно управлять собственным телом: замедлять биение сердца, успокаивать течение крови в жилах и открываться для окружающего мира. Необходимо стать его неотъемлемой частью, как песчинка на пляже. Не спешить и не суетиться, а просто позволить магическим токам беспрепятственно протекать через себя. Перестать быть инертным камнем, о который разбивается поток тонкой материи, образуя завихрения и возмущения, а просто отдавать ровно столько же сколько берешь. Это так естественно и в тоже время почти невыполнимо для тех, кто слишком привязан к смертному бытию.

Маг почти достиг первой ступени слияния своей духовной и телесной составляющих, когда его медитация была грубейшим образом прервана плеском воды. И это был не шорох набегающего прибоя и не возня птиц на мелководье. Этот шум для мага был, словно скрежет камня по стеклу. Все неестественное сейчас воспринималось им почти болезненно. А что может быть более неестественным, чем человек? Маг показался из воды и медленно втянул в себя первую за последние полчаса порцию воздуха. Прерванная на полпути медитация оставила после себя сосущую пустоту внутри и глухое раздражение. Человек стоял по пояс в воде и даже не замечал появившегося за его спиной полуящера. В другое время смертный ни за что бы ни осмелился потревожить покой своего спутника, но в этот раз человек даже не понял, что маг давно уже покинул свое убежище под смоковницей. На короткий миг полуящер представил, с какой бы легкостью он мог переломить мужчину пополам. Один удар мощного хвоста, и позвоночник человека выгнется в совсем не предназначенную ему природой сторону. Даже прибегать к магии не потребуется. Зачем тратить силы на то, чтобы оборвать эту тонкую нить жизни? Маг глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Подобные приступы кровожадности были совсем ему несвойственны, но иногда он жалел, что поддался тогда минутному порыву. Сначала он не думал, что человек согласится, потом ждал, когда же он запросит пощады, но время шло, а нечаянный спутник мага так и остался рядом с ним. Это напоминало какое-то молчаливое противостояние, и маг находил все происходящее… забавным. Иногда среди людей попадаются такие вот необычные личности, поведение которых так приятно изучать. Маг сравнивал про себя своего спутника с гомункулами, которые в изобилии обитали в стеклянных банках у него в лаборатории. Рассматривать их копошение можно было часами. Полуящер даже не старался анализировать мотивы человека. Гораздо приятнее было наблюдать за ним со стороны, гадая, когда же у него кончатся силы сражаться с ветром. Причина, по которой человек все еще был с ним, была для полуящера сладкой загадкой, которую он не торопился разгадать. За свою долгую жизнь маг уяснил, что ни что так не радует, как ожидание и предвкушение. Собственное воображение и фантазия приносят гораздо больше удовольствия, чем может подарить самая желанная награда.

Маг лениво оглядел стоящего к нему спиной мужчину. Ничего достойного внимания в нем не было: светлая кожа, загорелая шея и руки до локтей, где тело не прикрывала рубаха; русые прямые волосы, которые мужчина заплетал в короткую косицу, средний для человека рост и жилистое тело. Таких, как он, на любой дороге за полдня десяток встретишь. Разве что безбородое лицо и выбритые виски выдавали в нем жителя Пограничья, а те не очень-то любят покидать пределы своего медвежьего угла.

Маг нарочно всколыхнул хвостом воду, привлекая к себе внимание. За то, что человек не почувствовал его присутствие, наказание будет позже, а пока… Мужчина резко обернулся, и маг отметил про себя, как быстро сменились несколько эмоций на его лице: испуг, агрессия, узнавание, досада, настороженность и, под конец, равнодушие. Все это заняло какие-то мгновения, но маг получил истинное удовольствие от созерцания своего спутника. Возможно, человек даже не осознает, что выдает свои чувства буквально на каждом шагу, но от этого только интереснее игра. Один прячется, другой догоняет. Один делает вид, что он не жертва, другой – что не охотник. Маг про себя порадовался своему решению спасти в тот раз человека от смерти, он вполне оправдывает свое существование тем, что развлекает своего спасителя.

Полуящер указал взглядом на торчащий из воды темный валун и проследил, как человек покорно подошел к нему и оперся о прохладный камень руками. При этом мужчина специально наклонил голову, стремясь скрыть свое лицо. Маг аж прищелкнул языком от удовольствия – игра в покорность была на диво хороша. Хорошо бы довести ее до попытки убийства. У человека нет против него и шанса, но как бы забавно было увидеть перекошенное от ненависти лицо, оскаленные зубы бешеные глаза… Люди не способны полностью управлять своим телом, что уж говорить про эмоции? Когда-нибудь это случиться и в тот же день маг отправиться дальше в свой путь один. Нет, он не станет убивать человека, просто заключенный в маленьком городке, полном мертвецов, договор, будет расторгнут раз и навсегда.

Маг подошел вплотную к человеку и провел ладонью по его спине в пародии на ласку. Мужчина рефлекторно изогнулся, уходя от прикосновения, но потом пересилил себя и расслабился. Он прекрасно знал, что последует дальше, но сознательно позволял делать с собой все что угодно, только еще крепче, до боли стискивал пальцами скользкую глыбу. Маг очертил пальцами все еще багровые рубцы и задумчиво протянул:

- Я все же слишком нежничаю с тобой. Пожалуй, в этот раз я не буду подлатывать твою шкуру, не вижу смысла тратить на тебя силы, к тому же боль поможет тебе лучше усвоить урок.

Мужчина только глубоко дышал и явно старался расслабиться, как будто это могло ему помочь. Маг почти нежно провел по спине человека кончиками когтей. Никаких тонких пластинок, которые украшают руки смертный, когти мага были сродни звериным – белые полумесяцы с острым кончиком. Полуящер, не предупреждая, поддел кожу человека восьмью когтями и потянул на себя, приподнимая мужчину. Маг был гораздо выше и физически сильнее своего спутника. Он бы смог поднять и коня, не то, что худощавого мужчину. Когти проткнули кожу насквозь, и вышли из спины человека, кожа натянулась, как ткань, но выдержала вес мужчины. Он бился в конвульсиях, пытаясь уйти от раздирающей его боли, но маг только еще выше поднял руки. Человек уже охрип от криков и, наконец, расслабился. Вода чуть-чуть облегчала вес его тела и, если не дергаться, маг милосердно опускал руки пониже.

- Если ты не в силах совладать с собственной болью, тебе не место рядом со мной. Искушения будут преследовать тебя на каждом шагу и не всегда они будут приятными. Запомни: избавление от страданий - есть самая желанная награда. Это почти оргазм. Мало кто способен противостоять такому. Ты должен примириться со своей болью, сделать ее неотъемлемой частью себя, только тогда ты сможешь сохранить себя цельным.

Маг резко высвободил руки, и человек ушел с головой под соленую воду. Когда он сумел подняться на ноги вновь, маг снова не разглядел его лица – косица расплелась, и мокрые волосы плотно облепили голову мужчины. Маг почувствовал мимолетный укол сожаления – он снова не увидел ненависти в глазах человека.

- Я делюсь с тобой мудростью. Ты не считаешь нужным меня отблагодарить?

Мужчина бросил нечитаемый взгляд на возвышавшегося над ним белокожего мага и медленно опустился на колени. Первое, чему учат желающих приобщиться к магическим искусствам – это контроль над собственным телом. Мага вовсе не одолевала похоть, он хотел дойти до конца, заставить человека отречься от своих слов, доказав тем самым, что он также слаб, как и все его собратья. Для возбуждения полуящеру не нужны были ласки или фантазии, достаточно было мысленного приказа собственному телу. В спокойном состоянии его пах был гладким, без каких-либо признаков гениталий, лишь только лобок выступал чуть больше, чем у людей. Сейчас же, повинуясь желанью мага, паховые пластины разошлись, и показался багрово-красный, блестящий от естественной смазки член. Возбужденный, перевитый венами член мучителя оказался прямо перед лицом человека. Он медленно облизнул головку и постарался взять так глубоко, как только мог. Через пару минут маг с недовольным шипением отстранился - эта жалкая пародия на минет вызывала только раздражение и желание разорвать человеку рот и трахнуть так глубоко в горло, чтобы он еще полгода говорить не мог.

- Встань так же, как прежде. Я еще с тобой не закончил.

- Признаться, мне больше по душе ваши прошлые забавы, господин, - хрипло сказал человек, вновь поворачиваясь спиной к полуящеру. – После них я, по крайней мере, мог сесть в седло, а теперь уж и не знаю…

Маг грубо оттянул одну ягодицу мужчины рукой и указательным пальцем другой обвел анус своего невольного любовника. Вся кожа вокруг была воспалена, и кое-где в складках припухшего колечка мышц темнела запекшаяся кровь. Маг никогда не заботился о своем человеке, а с последнего раза прошло слишком мало времени. Даже с предварительной подготовкой принять в себя член полуящера для мужчины было бы мучительно больно, но никто и не пытался сделать человеку приятно. Маг медленно, придерживая свой член рукой, вошел наполовину. Плоть человека покорно расступалась под натиском конической головки, плотно охватывая член мага. Маленькие, так и не затянувшиеся после прошлого раза трещинки сфинктера, закровили вновь. Маг остановился, почувствовав внутри сопротивление, склонился к лицу мужчины и равнодушно спросил:

- Хочешь, чтобы я остановился? Или мы продолжим?

- Что вы, господин, я всегда мечтал умереть от разрыва кишок на вашем члене, - голос человека был сиплым, но язвительно-веселым.

Маг только слегка дернул плечом. Не понимал он такой упертости, но договор был прост: кричать - можно, сопротивляться и просить прекратить – нельзя. Даже намек на несогласие расценивался, как расторжение договора. Для мага это был всего лишь еще один способ испытать человека на прочность, а для мужчины… Кто поймет, что происходит в его дурной голове?

Полуящер положил обе руки на бедра своего человека и резко качнулся вперед. От крика мужчины испуганно вспорхнули несколько чаек. Маг и сам слегка поморщился от боли, но тут уж ничего не поделаешь. Белые ладони еще раз прошлись по спине любовника. На этот раз она непрерывно ходила ходуном, позвоночник прогибался то вверх, то вниз – слабое тело пыталось избежать муки, а человеческая воля старалась взять вверх. Маг немного полюбовался красивой игрой мышц на спине мужчины. Все же боль и агония делали прекрасными даже этих существ. Взгляд мага опустился ниже. Плоть мужчины так плотно охватывала член полуящера, что кожа вокруг входа побелела от оттока крови. В этот раз одними трещинами сфинктера дело не кончится, маг уже видел как в воде, достигающей бедер человека, расплываются алые пятна.

- Ты никогда не задумывался, что кровь может послужить неплохой смазкой? – задумчиво проговорил маг. – Это куда проще и даже в чем-то естественнее. Что скажешь? Твое молчание заставляет меня думать, что ты чем-то не доволен.

- Что вы, господин. Я просто заслушался вас. Стоит мне услышать, как вы рассуждаете о практическом применении моей крови, я чертовски возбуждаюсь. Еще пара рецептов, и я кончу прямо так, от одного осознания собственной полезности.

- Как хочешь, - равнодушно протянул маг. Дерзость человека его ни сколько не волновала. Это всего лишь тонкая шелуха, которая скрывает истинные чувства. Надо лишь подождать, и правда откроется сама.

Полуящер резко толкался вперед и медленно выходил из тела мужчины. Магу нравилось смотреть, как тонкая кожа ануса любовника выворачивается наружу головкой его члена и покорно принимает его вновь и вновь. Человеку явно было больно от каждого толчка, но такая покорность невольно вызывала уважение. На короткий миг у мага мелькнула мысль, что его спутник не так уж безнадежен.

- Так и знал, что твой язык горазд только трепаться, - холодно бросил маг и оттолкнул от себя мужчину. Тот уже привычно повернулся к полуящеру лицом и позволил подхватить себя на руки. Маг, удерживая человека под зад, крепко прижал его к себе. Мужчина уже привычно обвил любовника ногами и со стоном сам опустился на его член.

- Мне просто не терпелось снова оседлать вас, мой господин, - хрипло сказал мужчина в лицо полуящеру. – Только когда я чувствую, как вы насаживаете меня на свой член, как последнюю шлюху, я понимаю, что все еще жив.

Маг резко входил в человека, стремясь болью вытравить из него всю браваду и наглость. Так будет лучше для них обоих: маг получит желанное одиночество, а человек найдет свой собственный путь. Под конец мужчина только болезненно вскрикивал, уткнувшись магу в плечо, и только голова со спутанными волосами ритмично дергалась от толчков…

Полуящеру пришлось на руках донести мужчину до берега, где он просто сбросил его на песок. Простенькое диагностическое заклинание, сорвавшись с бледной руки, нырнуло в тело человека и почти сразу вернулось к своему хозяину.

- Ничего серьезного, даже внутренние повреждения минимальны. Промой раны пресной водой и смажь лекарственным бальзамом.

Маг развернулся и ушел с пляжа. Он был уверен, что ему в спину с ненавистью смотрит человек. Вот только если бы полуящер обернулся, он мог бы увидеть многое, но только не ненависть. Мужчина выглядел измученным и опустошенным. Он раздвинул ноги и кончиками пальцев коснулся развороченного, так и не закрывшегося ануса. Мучительно-сладкая дрожь пробежала по телу человека и он, наконец, дотронулся до своего болезненно возбужденного члена…